Заваливаемся на диван, заказываем кальян.
— Там сумочка твоя.
— Роза уберёт.
— Она в курсе, что ты мент?
Положительно моргает.
Наклоняюсь ближе, провожу пальцем по ее брови.
— Это шрам?
— Пластика была.
— Зачем?
— Распороли веко, пытаясь выткнуть глаз, — дергает бровями.
— Ого… «Конечно же, никто не выжил», — комментирую голосом диктора второсортных передач про криминал.
— Ну почему? Я вызвала им Скорую…
— Вау. Спасибо.
— За что?
— За надежду. Что ты не то, чем хочешь себе казаться.
— Так говорил мой наставник.
— Да?! Мм… Ну, тогда я даже, может, тебе сегодня отдамся, Гордеева.
— А как же износы? Нет… я против. Сопротивляйся, Красавин!
Хмурюсь, еще раз трогая шрам.
— Расскажи.
— Я работала тогда в команде Ландыша. Только пришла. Стажерка. В рамках одного дела нужно было внедриться в организацию. Я вызвалась добровольцем. Кто-то меня слил им из наших…
— Сталкер?
— Нет. Не думаю. Сталкер играет иначе. Думаю, просто за бабки.
— Как ты выжила?
— Их было двое. Я показалась им девчонкой. У них не было шансов. Отняла нож. Вскрыла того, кто решил поиграть им. Успела метнуть его в лицо второму быстрее, чем он своими трясущимися ручонками совладал со стволом.
— Ну да… куда уж нам до ваших скиллов, товарищ майор.
— Какие еще приключения Серого пальто тебя интересуют?
— А что ты чувствуешь, когда делаешь это?
— Мм… поиграем в психоаналитика? — усмехается. — Разное. Иногда — ничего. Иногда страх. Иногда злость. Иногда удовлетворение. Иногда мне смешно…
— Смешно?
— Бывает.
— Смешно убивать?
— Смешно, что кто-то поверил, что такие, как я, за ним не придут. А мы придём… — ухмыляется. — Карма.
Нам приносят кальян.
— Так и? Второй мертв?
— Ну… — разводит руками. — Я их обезвредила, Красавин. Один скончался в Скорой от кровопотери. Второй сидит. Ему перерезало лицевой нерв. У него сейчас большие проблемы со слюноотделением и не видит глаз.
— То есть, ты не хотела их смерти?
— Давай так… вот тот, который сидит, выйдет уже этой весной. Как ты думаешь, придет он по мою душу? — делает глоток. — И стоит мне или нет хотеть его смерти? Чья жизнь более ценная? Я считаю, что моя. Но на тот момент я вызвала им Скорую. Так как их показания были ценны.
— Да. Я понимаю. Зря ты думаешь, что моё пальто белое.
Мне вдруг кажется она очень хрупкой. И, правда, той, которые не живут долго. Нет будущего… Ведь ее невозможно вытащить из этой игры. А там в каждом бою — пятьдесят на пятьдесят, что ты, а не тебя.