Тишина. Продолжаю собирать книги и мелочи, складывая на стол. Мне не надо смотреть свекрови в глаза, чтобы понять, что она в замешательстве. И если раньше я ещё полагала, что у меня психоз и паранойя, то теперь уверена — нет, я ещё не сошла с ума. Маргарита Альбертовна никогда не терялась, ей всегда есть что сказать.
— Бедная девочка, — наконец выдыхает она притворно-ласково, что выводит меня из себя. — Ты не только бесплодна, а ещё и больная на голову, — выдаёт она. — Ты же медик, проконсультируйся что ли у психиатра, попей таблеток каких-нибудь, ты меня пугаешь. Я поговорю об этом с Антоном.
Меня словно окатывают ледяной водой с головы до ног. Всё в стиле этой семейки — перевалить всю ответственность на меня, сделать из меня дуру, жертву и на это давить.
— Я не сумасшедшая! — повышаю голос, упираясь ладонями в стол, смотря этой симулянтке в глаза.
— Я не сказала, что ты сумасшедшая. Это всё усталость, ты много работаешь.
— Хорошо, дайте мне сюда ваши ноги. Я проверю, — обхожу стол и хватаюсь за коляску, желая отодвинуть её.
— Что ты делаешь?! — начинает кричать свекровь, цепляясь за стол и не позволяя себя отодвинуть.
— Я проверю ваши мышцы и рефлексы, и если я не права, я извинюсь перед вами, — сквозь зубы проговариваю я, дёргая чёртову коляску.
Нервы сдают, мне кажется, я действительно сошла с ума. Я устала от этого издевательства над моей психикой.
— А-а-а! — начинает визжать свекровь, словно я пытаюсь её убить. — Ты действительно ненормальная! Отойди от меня! Отойди!
— Прекратите истерику, дайте я посмотрю ваши ноги!
— Что здесь происходит?! — позади раздаётся голос Антона.
— Антоша! Она сошла с ума! — вопит Маргарита Альбертовна. — Она хочет меня убить!
Отхожу от этой ведьмы, оглядываясь на Антона.
— Эва, блять! Ты охуела? — муж смотрит на развалившийся стеллаж на полу.
— Это не я, — сквозь зубы проговариваю.
— А кто, мать твою?!
— Вот даже ты понимаешь, недееспособная женщина не может свалить на себя дубовый стеллаж.
— Что? — не понимает Антон, но смотрит на меня с яростью.
— Она может встать на ноги, — поясняю я, стараясь контролировать голос. — Я всего лишь хотела…
— Ой, ой, ой, — перебивает меня свекровь. Она хватается за сердце, начиная глубоко дышать, словно задыхается. И теперь мне кажется, что и это она симулирует. — Сердце… — стонет Маргарита Альбертовна.
— Ну что вы говорите, у вас же нет сердца, — срываюсь я. Мои нервы окончательно сдали.
— Антон, угомони её немедленно! — требует ведьма.
— Рот закрой и измерь матери давление! — рычит на меня муж.
— Всё хорошо, мама, давай мы тебя положим, — поднимает мать на руки, перекладывая её на диван.