— О, привет, а где это ты пропадал? — улыбнулась она, вздохнув полной грудью.
«Какая стрёмная девка, с ума сойти. А я ещё харчами перебираю», — поразился я своей ситуации и только сейчас осознал, насколько мне повезло со вчерашним знакомством: хотя Анжелика была во многом и не подарок, но на фоне общажных девиц — просто куколка Барби во всех отношениях.
— Да такое. А ты что, к зачету готовишься? — промычал я без малейшей охоты — девка явно была какая-то вспотевшая и запах от неё шёл соответствующий.
— Может, пригласишь меня зайти? Будем вместе учить историю, — улыбнулась она, демонстрируя плохенькие зубы.
— Не, я скоро по делам ухожу, — я уныло улыбнулся и протиснулся мимо её крупного туловища, постаравшись не прикасаться к ней.
— Вот ты раздолбай, девушку развлечь не способен, — услышал я сзади её обиженный голос — обычно наши разговоры примерно так и заканчивались.
«Ну и жируха стрёмная, охереть просто! Не-не, надо с этой клоаки перекатываться к Анжелике незамедлительно — меньшее зло здесь однозначно она. Да какое зло — добро первостатейное! А со своей семейки вот этой новой я рано или поздно спрошу по всей строгости за такие вот ритуалы беспамятства и методы воспитания родного дитятки», — совершенно определённо решил я, подходя к своей комнате.
Достав ключик и открыв комнату, вошёл — внутри никого не было, но стоял тяжелый запах прокисшего пива. Мой коллега по учёбе и комнате явно был на парах, поскольку любил утром обильно опохмелиться самым дешевым пивом, а реально — гнуснейшим пойлом «Крепкое веселье 7,9%».
Я огляделся — две пружинные кровати с нечасто стиранным постельным бельём, пара старых шкафов, большой и старый письменный стол с лампой, заваленный учебниками, тетрадями и бумагами — мы его делили на двоих и частенько ссорились по этому поводу. Кухня и санузел были отдельно на этаже и были общими — конкретно сейчас я удивился такой планировке здания, поскольку это было свойственно советскому времени, а здесь этого периода не было, а вот планировка — была.
«Надо будет изучить вопрос, откуда здесь взялся подобный тип коммунальных, в сущности, квартир», — пометил я себе вопрос на будущее.
Открыл свою прикроватную тумбочку — там должно было лежать заявление на получение заграничного паспорта с отметкой районного отдела милиции и пограничной службы. Мой двойник недавно потратил неделю времени на всё это дело, и теперь оставалось только уплатить пошлину и получить сам загранпаспорт в городском управлении милиции.
«Откуда он, то есть я, знал, что попаду на тест новой игры? В условиях прохождения этой игры до пятидесятого уровня и дальше была только поездка за границу для нескольких призёров — неужели он делал ставку только на это, вваливая в игру все бабки? Он и мою квартиру так быстро оприходует за эти месяцы, с таким мышлением», — недоумевал и переживал я, найдя бумагу и сложив её в свою сумочку-чехол. Студенческий билет почему-то лежал под этой бумагой, я тоже забрал его. — «Чудо вообще, что у меня не спионерили ни этот планшет, ни этот чехол — видимо, местная пропитая гопота не рисковала связываться с каким-никаким, но спортсменом, который мог и в ёблочко зарядить, если его конкретно достать», — понемногу вспоминал я печальные реалии этой общаги, где ценные вещи лучше было не оставлять надолго без присмотра.