-У меня нет его номера, — пожимаю плечами, хотя знаю, что он — брат соседа. Но как представлю, что прихожу к Исламу и вручаю ему ветровку Наримана, стыдно становится от того, что он может подумать.
-Очень жаль, — вздыхает Ирада.
В этот момент в домофон звонят. Встаю и чертыхаясь иду открывать. Надеюсь, Нафиса не проснется от резкого звука.
-Ты кого-то ждешь? Курьера? — спрашиваю сестру на бегу.
-Нет, это точно не ко мне.
Снимаю трубку домофона и недовольно бурчу:
-Кто там?
-Это мы! — хором кричат подруги.
Вот это неожиданность. Я же дала Ксюше сегодня отбой, а она приехала, прихватив с собой Айгерим.
-Поднимайтесь! — радостно говорю я.
Мы втроем учились в одной группе в институте и подружились на первом курсе. До замужества часто встречались, а потом мне надо было заниматься дочкой и домом, но раз или два в месяц я выбиралась куда-нибудь с подружками. Нафису оставляла либо со свекрами, либо у своих родителей, а когда она была грудничком, брала с собой. Ксюша и Айка — девушки незамужние, поэтому всегда любили нянчится с моей девочкой.
-А вот и мы! — Ксения громко сообщает о себе с порога.
-Тссс, — прикладываю палец к губам, – Ребенок спит.
-Ой, простиии, — подружка виновато закрывает рот ладонью.
-Я же говорила, у них скорее всего тихий час, — шепотом сокрушается Айка, передавая мне розовый бумажный пакет. — Это нашей кнопке.
-Айка, ну зачем? – охаю я и вытаскиваю куклу Барби в большой, красивой упаковке.
-Так это не тебе, — цокает Ксюша, — а ребенку. Подгончик, — подружка трясет тортиком перед глазами.
— Спасибо, — целую подруг по очереди. — Проходите, девочки.
-Привет-привет! — из зала выходит Ирада, которая очень хорошо знает Ксюшу и Айку. Я часто брала ее с собой на наши посиделки. — Вы как раз вовремя!
-А что такое?
Они проходят в зал и натыкаются на бардак, который мы с сестрой устроили.
-У нас здесь “Модный приговор”, а я Эвелина мать ее Хромченко. Я ей уже давно говорила, что надо одеваться ярко и красиво, но у нее полный чемодан монашеской одежды. Грусть-тоска.
-Нормальная одежда, — фыркаю я и беру девочек под руку, уводя из комнаты. — Девочки, а пойдемте на кухню пить чай. — А Ирада пока здесь все уберет.
-Эй, почему я? Это твои вещи! — негодует сестра и тихо кричит вслед. — Торт мне оставьте тогда.
***
-Как ты, Саби? — спрашивает Айка, когда я сажусь за стол и ставлю на него горячий заварочный чайник. Все делаю на автомате, как привыкла. Заварила так, как любит свекор, даже налила до середины, как надо или как у нас говорят “без уважения”. Наливать полную пиалу — дурной тон, намек на то, что хозяин тебе не рад и хочет, чтобы ты побыстрее ушел.