— Нам пора, — сообщил он поднимаясь. — Паром скоро выйдет на опасный участок. Лучше провести это время в каютах.
Я понимающе качнула головой, испытывая странное разочарование. Еще минуту назад мне хотелось сбежать из этого отсека из-за тяжести и серьезности услышанных откровений. А теперь… теперь я предпочла бы остаться под искусственным звездным небом, где можно не думать вообще ни о чем, любуясь золотистыми энергетическими узорами.
Мы молча шли обратно по коридорам. И без того сквозившее между нами напряжение стало еще более осознанным и каким-то… взрослым.
Илар не пытался взять меня за руку, но шел так, чтобы наши плечи почти соприкасались, а когда мы приблизились к моей каюте, остановился вплотную ко мне, заставляя снова с жадностью вдыхать идущий от него аромат.
— Через сутки мы прибудем на Эйнар, — произнес он, слегка наклонив голову. — Я понимаю, что несколько… поспешил со своими откровениями, но лучше ты будешь знать, что тебя там ждет. А я… буду рядом, если позволишь.
— Спасибо, — прошептала единственное, на что хватило духа.
Эйнарец дернулся назад, но резко вернулся на место, а потом медленно протянул руку и дотронулся до моей ладони, ухватил ее и поднял к своему лицу, кладя мои пальцы на свою лишенную щетины щеку.
— Илар… — прошептала ошарашенно, потому что тактильная инициатива впервые шла именно с его стороны, причем без всяких надуманных поводов и обоснованных причин.
— Просто постой так, — попросил меня мужчина, наслаждаясь теплом моей руки и удовлетворенно прикрывая подернутые мечтательной поволокой глаза.
Я почувствовала, как медленно нагревается под моими пальцами его кожа, будто от ладони по щеке эйнарца разливается мягкое, живое тепло. И действительно послушалась, боясь пошевелиться и разрушить этот хрупкий момент близости, который показался мне гораздо интимнее, чем наш недавний секс.
Дыхание Илара касалось запястья, отчего в груди становилось тесно и горячо одновременно.
Наконец, мужчина открыл глаза, которые в сумраке коридора показались еще более золотистыми, почти светящимися изнутри, а его странные ромбовидные зрачки доставали до краев яркой радужки.
— Ты чувствуешь? — спросил он меня чуть слышно.
Я кивнула, потому что действительно чувствовала. Чувствовала, как напрягаются его скулы, когда он сжимает челюсти. Чувствовала мельчайшую вибрацию, когда он говорил.
Чувствовала доверие и… какое-то почти ритуальное единение, не кожи к коже, а сути к сути.
— Я нарушил наши нормы, потому что коснулся тебя первым, не спрашивая разрешения. Но я… не жалею. Ни о чем, что случилось сегодня, даже если ты решишь, что дальше нам не по пути. Ты эйра и выбор за тобой.