— Что ты несёшь? — хмуро спросил я.
— Ты думаешь, почему Алла постоянно сбегала из дома, пока не исчезла? — Ухмыльнулся Кузьмин. — Даже после процедуры удаления памяти она подсознательно пыталась избежать встречи с насильником. Или ты думал, только у нас со Слепнем есть грязные секреты? Нет, дорогой мой, мы все в этом замешаны. Твой наниматель, Ходарев, тоже не безгрешен. Он старается быть таким как мы, старается принять свои низменные желания и получать от них удовольствие, но получается у него плохо. Дрючить собственную дочь и стараться сделать так, чтобы у неё не осталось психологической травмы… Жалкое зрелище. Этому старому хрычу давно пора в могилу. И ты отправишься туда вместе с ним.
— Открою секрет. Мне насрать на тебя, насрать на Слепня, насрать на Ходарева, и насрать на их увлечения. Передо мной стоит куда более важная задача, которую тебе, с местечковыми мозгами, не понять. Ваша сраная шайка лишь под руку мне повернулась, и поверь, каждый из вас подохнет. Но у тебя есть шанс остаться в живых, если ты добровольно выдашь мне сестру, Анжелу.
— У меня много рабынь. — Скривился Кузьмин. — Я не знаю их имён, и не хочу их знать. Может, твою сестру уже давно купил и грохнул какой-нибудь дворянин. Может, она стала чучелом, и работает вешалкой. Но даже если бы я знал где она, то ты бы не дождался от меня ответа, мерзкий простолюдин.
Время разговоров кончилось. Кузьмин вряд ли знал, как именно я набирал силы, и вряд ли понимал, что знак равенства между нами исчезнет меньше чем через минуту. Он встал в магическую стойку, выкрикнул короткое заклинание, и громогласно лупанул сотней извилистых молний, которые сошлись на мне в одну. От грохота в ушах зазвенело, перепонки чуть не порвались, стулья разбросало, дохлых дворян смело ударной волной и размазало по стенам.
Больно ударил, надо признать. Мне пришлось сосредоточить перед собой всю температуру ауры, чтобы хоть частично рассеять мощность вражеского заклинания, но и защита помогла едва ли. Бедро, ладони, плечи и стопы обожгло нестерпимой болью. На теле открылись кровоточащие раны, в которых проступила белизна костей.
Но я не испугался ни боли, ни крови.
Напротив — рассвирепел, и испытал такой задор, который позабылся со времён битвы с Келем. Нельзя было сказать, что меня точно убьют, но и не факт, что победа однозначно моя, но это лишь пока что. Если бы я не хотел найти Анжелу, Аллу и Келя, то оставил бы всё как есть. Просто ради интереса. Ради того, чтобы испытать удовольствие от охоты с неизвестным результатом.
Увы для меня — времени наслаждаться боем с дичью не было. Увы для Кузьмина — источники силы были разбросаны кругом.