Потом чуть поправил планы развития первой серии ЭВМ «Алдан» и загрузил парней созданием первого языка программирования высокого уровня и графического интерфейса, пусть и самого примитивного.
Встречу прервал адъютант, который бесшумно вошел в кабинет и глазами показал наверх, что означало звонок от Самого.
Новиков извинился, вышел в смежную комнату, где стоял небольшой диванчик, и поднял трубку телефона.
— Слушаю, товарищ Сталин.
— Здравствуйте, товарищ Новиков. — Голос Сталина рокотал, словно мощный двигатель на малых оборотах. — Есть мнение, что необходимо провести расширенное заседание… в узком кругу.
— Когда?
— Да вот прямо сейчас и подъезжайте.
Кирилл вышел в кабинет и задумчиво посмотрел на притихших компьютерщиков.
— Что притихли, братцы-кролики? — Он улыбнулся. — Есть сегодня никого не буду. Давайте организовывать рабочую группу по визуальному интерфейсу, куда обязательно включить специалистов московского завода «Фазотрон» — это который бывший триста тридцать девятый.
— А это зачем?
— А как ты собираешься часами смотреть в экран, мерцающий с частотой в двадцать пять герц? — удивился Новиков. — Нужно поднимать частоту как минимум в два, а лучше сразу в три раза, уменьшать зерно и маску, чтобы повысить разрешение экрана. Да и экран сразу делать не квадратным, а прямоугольным с соотношением четыре к трем, а лучше пять к трем. Все, товарищи. Я вынужден срочно уехать, а вы думайте. Говорят, помогает решать проблемы.
Машина — новенькая «Победа», которая в этой истории была автомобилем представительского класса, быстро домчала его до Кремля, куда автомобиль въехал без предъявления пропуска. Правда, шести постов охраны, три из которых были скрыты, это не отменяло, и перед входом в кабинет Новиков дисциплинированно оставил оружие на специальном столике в приемной. Оружие оставлялось не потому, что кто-то боялся за сохранность Сталина, а потому, что еще относительно недавно революционные страсти на заседаниях кипели так, что оружием трясли и даже иногда постреливали в потолок.
Теперь все было куда спокойнее, но традиция оставлять оружие сохранилась.
В кабинете уже сидел Микоян, и, поздоровавшись с Атанасом Ивановичем, Кирилл сел на стул напротив.
Пока они обсуждали ход строительства Трансазиатской магистрали, подтянулись Ворошилов, Чкалов, Берия, Маленков и Булганин.
— Начнем, товарищи? — Сталин усмехнулся в усы и откинулся на спинку кресла. — От наших союзников пришел меморандум о положении дел в Бирме и Юго-Восточной Азии в целом. Несмотря на сдержанность комментариев и оценок, ничем иным, чем просьбой о помощи, этот документ быть не может. Японцы крепко увязли в джунглях, а поток оружия с Тибета, Индии и Бирмы не прекращается. Англы, уходя из колоний, развязали там войну всех против всех, и сейчас там настоящий котел. И было бы это не так важно, но не прекращаются попытки дестабилизировать западные области Китая, что прямо бьет по планам индустриализации района и крайне нервирует наших союзников. Постоянные диверсии на промышленных объектах, убийство сотрудников администрации и прочие бесчинства достигли опасной черты.