Гвардия Куратора пришла в себя. Около десятка чёрных рыцарей откололись от боя с Игнатием и перекрыли нам путь к саркофагу. Их доспехи казались непробиваемыми: системные щиты отбивали искры, которые высекал Эль Ключе своими кастетами. Один из рыцарей замахнулся мечом на Рикардо, но между ними возник Аранис.
— Приматы, — процедил Ледяной Владыка, и его голос эхом разнёсся по залу, — вы думаете, что ваш металл чего‑то стоит?
Аранис взмахнул рукой — никаких заклинаний, просто жест, полный аристократического презрения. Из его ладони вырвалась волна абсолютного нуля. Воздух вокруг гвардейцев мгновенно кристаллизовался. Чёрные доспехи, выдерживавшие попадания из плазмаганов, покрылись толстым слоем инея и стали хрупкими, как дешёвое стекло. Системные контуры на них замерцали, сбоя, не в силах противостоять Истинному Холоду.
— Жигано! — крикнул Аранис, отступая на шаг.
Тёмный эльф, давно ждавший своей очереди, оскалился. В его синих глазах полыхнул пепел. Он прыгнул вперёд, занося массивный обсидиановый молот.
— Какая поэзия, ледышка! — загоготал Жигано.
Но бить молотом он не стал. Вместо этого коснулся замороженного доспеха ближайшего гвардейца пальцами левой руки.
Хрусть.
Эффект был потрясающим. Пепельный лотос на груди Жигано вспыхнул. Стоило ему коснуться льда — и лёд вместе с бронёй и телом внутри просто рассыпался, превращаясь в мелкую серую пыль, которую тут же подхватил сквозняк. Хранитель Пепла одним касанием стёр элитного бойца Куратора из реальности. Без взрывов, без брызг крови. Влажно. Жутко. Эффективно.
Касание — и прах. Ещё один: заморозка Араниса, прикосновение Жигано — пустота. Они работали как идеальный, отлаженный механизм: Ледяной Владыка замораживал, делая непробиваемое хрупким, а Хранитель Пепла стирал это хрупкое из реальности. Это было страшно, красиво и, что важнее, открывало нам дорогу.
— Вперёд! — я схватил Эль Ключе за плечо и потащил за собой в образовавшуюся брешь.
Мы бежали прямо к саркофагу. Под ногами хрустели останки гвардейцев. Катя Капризова прикрывала наш тыл: её меч сверкал, отрубая золотые нити, которые пытались зацепить нас из‑под пола.
— Громов, ты только посмотри на это! — Рикардо указал вперёд.
Саркофаг ядра Насоса был всё ближе. Мысли в голове путались: как его отключить? Ударить Искрой? Разбить ключами? Или просто дать пинка?
Но тут сверху спланировала тень. Не Ревизор — тот всё ещё сражался с разъярённой Белой Совой, истязая старика золотыми хлыстами; Игнатий не сдавался, залив пол реками жидкого льда. Это была другая фигура.
Женщина в свободном сером плаще, расшитом системными иероглифами. Её лицо скрывала полумаска, а в руках она держала парные клинки, пылающие фиолетовым огнём. Третья сила — личный агент Куратора, о котором мы не знали.