Забинтованной рукой Ива отодвинула полог, занесла нож… И едва не выронила его! Подавила рвущийся крик, попятилась к двери.
То, что лежало в кровати, невозможно было убить. Существо, которое она увидела, казалось пустой оболочкой, сброшенной шкуркой. В пергаментной коже лица едва угадывались черты хозяйки лавки. Эсмеральда – вернее, то, что притворялось Эсмеральдой, – лежала поверх покрывала, сложив руки на груди, и не дышала.
Ива опрометью бросилась на чердак, закрыла за собой дверь, нырнула под одеяло, укуталась с головой. Как убить то, что убить невозможно? Как?
Вся ее решимость испарилась, рука снова разболелась. Мысли о предстоящем дне наполняли сердце ужасом и тоской. Что они попросят в оплату завтра? Как долго ей осталось жить? Два дня, три? И где же, черт его возьми, Ксандор?
Утром у Ивы начался жар, она с трудом заставила себя подняться с постели. Кое-как перебинтовала горящую огнем руку, а потом долго маялась на пороге, собираясь с силами. Главное – вынести первую минуту рядом с хозяевами лавки, посмотреть им в глаза и понять, что они ее не сломили.
Эсмеральда, юная и прекрасная, напевала, протянув руки к огню.
– Словно птичка в клетке, выбраться не можешь, и тоска-кручина сердце твое гложет… О, детка, вот и ты! – радостно воскликнула она, заметив Иву, и тут же нахмурилась. – Что-то ты еле ползаешь! А мне в лавке нужна твоя помощь!
Ива кивнула, стиснув зубы. Выпила горячего молока, стало немного легче. Она думала, что будет вздрагивать каждый раз, вспоминая, как откинула полог кровати и увидела пустую оболочку госпожи Ильвиль, но при свете дня события прошедшей ночи стали казаться дурным сном. Ива знала, что глаза не обманули ее, но почувствовала, что вполне справляется со страхом.
– Я хочу, чтобы ты начисто переписала тетрадь, в которой я веду расходы, – продолжила Эсмеральда, нимало не озаботившись тем, что помощница едва держится на ногах.
– Я еще не все полки протерла, – хрипло прошептала Ива.
«Я еще не все фигурки изучила и не знаю, где мне искать Ксандора», – с отчаянием подумала она.
Эсмеральда сморщилась, будто съела что-то кислое.
– Брат недоволен тем, что ты шастаешь по лавке. Придется тебе сегодня посидеть у прилавка.
Эсмус недоволен. Но почему? Ива с детства была приучена к труду и всегда относилась к обязанностям добросовестно. Навязанная работа была монотонной и скучной, но занимала руки и позволяла побыть наедине с собой, подумать. Теперь же Ива окажется под присмотром госпожи Ильвиль.
Эсмеральда освободила для работы небольшой стол и выдала тетрадь. За перо Ива взялась с опаской, но это оказалось обычное перо.