— Почему не в гостинице?
— Потому что Кайрин может за вами следить, — ответил я. — Нужно всё сделать так, чтобы он ни о чём не догадался.
Я задумался на несколько секунд, затем продолжил:
— Встретимся на Лефортовском мосту, под ним. Это место тихое, туда мало кто заходит.
— Мост? — в голосе Блэквуда послышались нотки недоверия.
— Именно, — подтвердил я. — Возьмите с собой всё, что может пригодиться. И никому ни слова.
На том конце линии послышался глубокий вдох.
— Хорошо, — сказал Блэквуд после короткой паузы. — Я буду там через полчаса.
Я повесил трубку и взглянул на Иларию.
— Лефортовский мост? — переспросила она, прищурившись.
— Тихое место, — ответил я, поднимаясь с кресла. — Даже если за ним кто-то следит, внизу нас не заметят. К тому же там много аномалий, который укроют нас от возможных слежек магических эманаций.
Илария недоверчиво покачала головой, но больше ничего не сказала.
Когда мы добрались до моста, его массивные металлические опоры выглядели зловеще в сумеречном свете. Вокруг царила мертвая тишина, прерываемая лишь слабым шорохом воды, протекающей под нами.
Я выбрал место у основания одной из опор, где нас скрывали тени. Оглядевшись, я удостоверился, что вокруг нет никого постороннего.
Под Лефортовским мостом царила особая, давящая атмосфера, которую невозможно было ни с чем перепутать. Гулкий звук воды, что неустанно струилась под сводами, смешивался с эхом моих шагов. Пространство казалось одновременно открытым и замкнутым: массивные бетонные опоры моста поднимались к небу, окружая нас как стены древнего храма.
Здесь часто бывали люди. Не сейчас, но это место явно знало жизнь. Под ногами валялись пустые бутылки, обрывки газет и сломанные коробки — следы тех, кто использовал мост как временное убежище от непогоды или суровой реальности. В углу лежал старый потёртый матрас, ещё дальше — пара покрытых плесенью одеял, сброшенных как ненужный груз.
Ближе к центральным опорам, на бетонных стенах, виднелись надписи. Они были сделаны краской, мелом или даже выцарапаны ножами. В основном это были непристойности или стихийные послания, но среди них попадались странные символы. Магические знаки, оставленные теми, кто искал здесь чего-то большего, чем укрытие от дождя.
Илария остановилась, прищурившись.
— Посмотри, — сказала она, указывая на стену.
Я подошёл ближе. Там, чуть выше уровня глаз, была нарисована примитивная руническая формула. Красный мел, уже наполовину стёртый, складывался в круг, который явно изображал приворотное заклятие. В центре кто-то добавил имена, замазанные грязью.