— Пусть приходит, — сказал я, останавливаясь и оборачиваясь к ней. — Если мы не будем действовать, он уничтожит нас всех.
Илария замолчала, но её лицо оставалось мрачным. Она потянулась к кинжалу, висящему у её пояса, провела пальцем по лезвию, будто проверяя, достаточно ли оно острое.
— Ты уверен, что готов к этому? — спросила она после паузы.
Я задумался. Готов ли я? Или просто вынужден?
— Я должен быть готов, — ответил я, встретившись с её взглядом. — Мы оба должны.
Илария ничего не ответила. Она поднялась с кровати и вновь подошла к окну. Я видел, как её пальцы нервно сжимают край занавески.
Время тянулось мучительно долго. Снаружи завывал ветер, дождь барабанил по подоконнику. Гостиничный номер, казалось, с каждым часом становился всё меньше, давя на нас своим тесным пространством.
— Думаешь, он уже знает? — тихо спросила Илария, не отрывая взгляда от улицы.
Я задержал дыхание, прислушиваясь к её словам.
— Может быть, — ответил я. — Но даже если знает, мы будем готовы.
Она обернулась, её глаза встретились с моими.
— А если не будем?
— Тогда у нас останется только одно — сражаться до конца.
Тишина вновь повисла между нами, густая и вязкая. Ожидание растягивало минуты в часы, а часы — в вечность.
Телефон зазвонил резко, разорвав тишину комнаты. Я взял трубку, и через мгновение услышал в ней голос Блэквуда. Он был на грани.
— Он… он проклял меня! — выдохнул Блэквуд, не дав мне даже поздороваться. — Этот… монстр наложил на меня заклятие крови!
Я молчал, слушая его сбивчивую речь.
— Если я хоть на шаг отойду от того, что он задумал… если он решит, что я предал его… я умру, вы понимаете? Мучительно и страшно умру!
— Да, я слышал, — спокойно ответил я.
— Вы должны мне помочь, — продолжал он, его голос становился всё более истеричным. — До нашей встречи с ним вы просто обязаны что-то сделать!
— Блэквуд, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно твёрже, — вы же понимаете, в какую игру ввязались?
— Понимаю, — перебил он, почти выкрикнув. — Но у меня не было выбора!
Илария посмотрела на меня из-за стола, подняв брови, но ничего не сказала.
— Помогите мне, — продолжал Блэквуд. Его тон изменился, стал умоляющим. — Пожалуйста. Если я погибну, весь ваш план провалится.
Я вздохнул, стиснув зубы. Этот человек вызывал у меня больше раздражения, чем сочувствия, но он был прав. Без его участия мы рисковали потерять все шансы добраться до Кайрина.
— Ладно, — наконец ответил я, стараясь звучать равнодушно. — Но я сам выберу место встречи.
На том конце трубки наступила тишина, затем Блэквуд осторожно спросил: