– Где ты сейчас? Я приеду? – Пляж в Тель-Авиве и наша первая встреча. Сообщения, которые Марк присылал мне на службу.
– Приезжай. – Две полоски на экране смартфона. Две чужие полоски. – Бизнес-комплекс в Арсенино, ты его знаешь, там когда-то был офис Романа, третий корпус, подъезд второй. – Звонок в клубе. Оценки, которые наставил мне вовсе на Марк, и как жаль, что доказывать ущерб, нанесенный по указанию Басова моей деловой репутации, в этом случае муторно и затратно. – Студия семьсот тридцать.
Наши вечера. Прогулки. Поездки. Ужины в сиреневом мареве в отеле среди африканских песков. Я не стала продолжать и сбросила вызов. Я доберусь быстрее, чем Марк, мне всего лишь свернуть на кольцо и проехать восемь минут до нужного съезда. Я не стану спешить, потому что боюсь передумать.
Наши ночи. Наши дни. Наше прошлое. Наше будущее… я перевела рычаг в положение «драйв».
Я, наверное, стану такой, какой Марк хотел меня видеть – сильной, независимой, способной на то, что называют поступками. Когда-нибудь я проснусь другим человеком, и это будет после того, как я разобью пару планшетов, захочу не однажды все бросить, кину диплом в разгоревшийся жаркий огонь… Пройдет много времени, тьма разных дел, много взлетов и еще больше падений. Я научусь ценить жизнь как она есть, проживать невозможное, выносить невыносимое и улыбаться незначащим мелочам, когда все катится к чертовой матери. Я постарею… и за покой заплачу восторженным взглядом, за принятие – молодостью, за уверенность – прядью седых волос, за смирение – болью, которая поселится в груди навсегда, и многие люди уйдут, оставшись в сердце воспоминанием, теплым и добрым.
Я научусь наконец жить – дорогой ценой, но никогда ни с кем не бывает иначе. Никто не проходит эту игру с первого раза и негде подсмотреть чужой летсплей.
Я приехала раньше Марка. Холл был полупустым, скучала охрана, девушка заботливо протирала листья растений в кадках. В лифте пахло одеколоном, в коридоре на моем этаже слышались негромкая музыка и чей-то смех. В студии стояла тишина, из-под закрытой двери ванной пробивалась белая полоска. Я вылетела так поспешно, что забыла погасить свет.
«Я припарковался».
Я помню, что там осталось. Пора повзрослеть и без страха открывать любую дверь, даже ту, за которой ухмыляется разочарование в маске клоуна. В конце концов… Марк первый заикнулся об усыновлении.
«Марк, нас приглашают на свадьбу. Мама уже обещала, что мы приедем».
Мне в ответ прилетел «большой палец». Марк не любит летать в экономе, придется менять билет на бизнес-класс.