— Ну уж нет, пацан, ищи дураков. Завтра приду, может, её уже вылечат. Ты, если токов наскребёшь, тоже к ней зайди, рекомендую! — мужчина развернулся и ушёл.
— Вот урод! — возмущается Дженадин. — Говорит так, как будто она вещь.
— Она и есть вещь.
— Я знаю. Всё равно урод. А если бы он не послушался?
— Вырубил бы и оттащил в кусты.
— Ты крутой.
— Я не этого хотел от жизни, Джен.
— А чего?
— Лечить детей. Всего лишь.
— Понимаю, — вздохнула она. — То-то ты с клановой мелочью возился. Я тоже хотела стать лечилой, но это пустые мечты.
— Не спеши от них отказываться. Иногда в жизни всё внезапно меняется.
— Правда?
— Меняется, ещё как!
«Но почти никогда к лучшему», — подумал я про себя.
К вечеру стало холодать, и мы сидим под моей курткой, обнявшись. Средку затягивает туман, в тумане загорается неон. К матери Колбочки намыливались ещё три клиента, двое купились на историю об «экстренной дезинфекции», один оказался не то слишком тупой, не то слишком удолбанный, и я поступил с ним грубо. Впрочем, оклемавшись, он даже не вспомнил, куда шёл, и задумчиво убрёл куда-то по Средке.
— Как ты думаешь, она обрадуется? — в очередной раз спрашивает Дженадин.
Мне хочется сказать, что об этом стоило подумать до того, как мы выкупили её контракт, но я отвечаю бодро и позитивно:
— Конечно. Ведь она получит полную выплату, не доработав весь срок. Чистый профит. А если будет чем-то недовольна, то мы всегда можем вернуть её в этот шалман.
— Фу, не говори так!
— Ладно, не буду говорить, — соглашаюсь я. — Один чёрт скоро узнаем.
— Я почему-то очень боюсь, аж руки трясутся.
— Давай их сюда, — я беру ладони Дженадин, складываю их вместе и зажимаю в своих. Они ледяные и немного подрагивают. — Вот, так лучше. Сейчас согреются, перестанут дрожать.
— Почему мне так страшно, Док?
— Родители имеют над нами странную власть.
— Ты думаешь, нам с ней будет плохо?
«Женщина, которая живёт, не приходя в себя, с семнадцати лет, и её дочь, с болезненной зависимостью, в те же семнадцать? Да что вообще может пойти не так?» — думаю я мрачно, но вслух говорю лишь:
— Я думаю, будет как будет. В отношениях всегда всё непросто. Но знаешь, я бы на твоём месте ей не рассказывал.
— Про то, что я…
— Да. Про то, что ты пользовалась её профессиональными услугами. Это определённо не то, что хочет услышать мать от дочери.
— Я постараюсь.
— Во всяком случае, не вываливай это на неё сразу. Для начала ей и так эмоций хватит.
— Хорошо. Страшно. Не могу дождаться. Боюсь, как никогда в жизни не боялась. Меня просто рвёт на кучу маленьких колбочек! Слу-у-ушай, а когда я сиськи вставлю, я ведь уже не буду как колбочка?