— Моя семья небогата, — повторила я упрямо. — А лорд Хейл… Зачем ему выкуп платить за такую невесту, скажите на милость?
— Какую такую? Красивая, вежливая, стрелять умеете — неплохое комбо.
— За ту, которая по ночам в лесу с незнакомым мужчиной переговаривается в коротком платье и без нянюшки.
Он рассмеялся.
— Да бросьте. На Севере плевать всем на ваши юбки и на ваших нянюшек. И с этим, и без этого девица порченной оказаться может. Это только вы, южане, всё усложняете вечно… Но вообще радовались бы, лери. Я вас спас от ужасного тирана. Думаете, вы первой женой его станете? — он зло рассмеялся. — А сто первой не хотите ли?
Мне решительно не хотелось слушать про будущего мужа, который, возможно, скоро потеряет этот статус, ничего. Я подозревала, что с магом может быть что-то неладное. Потому что в обратном случае к нему не подсылали бы первую попавшуюся девушку. Но какая разница? Я приехала не за идеальной семейной жизнью, а за спасением брата.
Впрочем, разбойника это мало волновало. Он закинул в котелок какие-то травы и недавно разделанного зайца, добавил соли из мешочка и принялся разглагольствовать.
— Вас, стало быть, не замуж отправили, уважаемая лери, а на смерть.
— Да неужели? Аластер Хейл так плох?
Разбойника завела эта тема, он даже подошёл ко мне, чтобы ослабить верёвки. Шепнул на ухо горячо: «Как думаешь, как скоро твоя лиса вернётся?», и отошёл к костру, чтобы, продолжая говорить, следить за похлёбкой.
— Все знают про их страшные обряды. Магия там тёмная. Запретная, практически. Повесили бы за такое, если бы семейство не было таким родовитым и значимым для короны. Но король, видно, решил, что те, кто могут по слухам воскрешать мёртвых, должны быть под рукой. Вот и закрывал глаза на то, что творилось-то во владениях тёмных магов. А что у вас с лицом, лери? — он пронзил меня странным взглядом. Глаз я вновь не видела, но почувствовала это кожей. — Не верите мне?
— С чего вы взяли?
— Вид у вас скучающий.
Он был недоволен моей реакцией? Серьёзно?
— Ну, простите меня, — усмехнулась, — опять же, не хотела вас обидеть. С видом моим действительно многое не так. Как минимум свело челюсть. Из-за вас, господин разбойник.
Он рассмеялся.
— Господин, значит… приятно. Так что же у вас с челюстью, Табита?
Я вздохнула, слегка свела брови к переносице и жалобно на него посмотрела.
— Видите ли… так зевнуть охота, да руки вы мне связали, рот не прикрыть. Вот и приходится напрягаться, борясь со своими инстинктами.
Мужчине всё меньше было ухмыльчиво и больше зло. Я его прекрасно понимала.