За ним вбегает охранник с виноватым лицом.
— Сергей Алексеевич, простите! — бросает он. — Мы не смогли остановить…
Он мнётся, не зная, как назвать незваного гостя.
Сергей выпрямляется, сверлит того взглядом из-под бровей.
— Марк, — произносит он.
Егор чуть сильнее сжимает мою руку.
— Марк Романович? Вас не приглашали! — голос моего жениха звучит слишком высоко и неуверенно.
Мужчина не смотрит на него. Только на Сергея.
— Ты просрочил, Серёжа, — говорит он.
Голос у него такой, будто он сообщает о погоде. Не злится. Не угрожает. Просто фиксирует факт. У меня по позвоночнику катится холод. Предчувствие, что не видать мне сегодня свадьбы, придавливает к земле.
Свёкор делает шаг навстречу.
— Не сегодня, Марк, — цедит он сквозь зубы.
— Сегодня, — жёстко парирует мужчина.
Я смотрю на Егора. Он хмурится, но в его глазах пока только раздражение. Он ещё не чувствует опасности.
— Марк Романович, — говорит он с усилием вежливо, — у нас свадьба. Если есть вопросы, давайте позже.
Мужчина поворачивает голову. Смотрит на Егора. И в этом взгляде пустота, будто перед ним ребёнок, который слишком громко говорит. Мне становится не по себе. От этого мужчины веет властью и жестокостью. Он хищник, который уничтожает всё, что неудачно попалось на пути. И всегда получает то, что хочет.
Марк возвращает взгляд Сергею.
— Деньги сейчас, — произносит тяжёлым тоном. — Или я запускаю процедуру.
Процедуру. Это слово режет слух. Я перевожу взгляд на свёкра. Сергей бледнеет. Не злится. Не возмущается. В лице неуверенность и страх.
— Ты меня уничтожишь, — отвечает он, пытаясь бодриться. Поднимает подбородок. — И тогда вообще ничего не получишь.
— Значит, уничтожу, Серёж, — Марк кивает. — Я не прощаю долгов.
Я отступаю на шаг. Инстинктивно, потому что этот Марк пугает до дрожи. А он вдруг замечает моё движение и впивается взглядом в меня. И в этом взгляде загорается интерес, будто он только что увидел что-то, что ему по душе.
Я ёжусь. По коже мурашки страха, как перед зверем, который готовится к броску. Его взгляд будто обжигает меня. Он смотрит на меня так, будто я — единственная деталь в комнате, которая его действительно интересует. И в его глазах появляется решение.
Он отворачивается к свёкру.
— Долг аннулирую, — произносит как вердикт.
Свёкор моргает.
— Что?
Марк поднимает руку указывает на меня пальцем.
— Если заберу эту куколку.
Мир становится плоским, будто звук выключили. Сердце ускоряется до второй космической. Я качаю головой, не веря до конца, что он только что это сказал. Пытаюсь поймать взгляд свёкра, но он избегает смотреть на меня.