— Вы что-то хотите у меня спросить? — уточнила она.
— Нет, что вы, — поспешила я откреститься, на что женщина лишь рассмеялась.
— Странно.
— Почему?
— Обычно все женщины, котором доводится встретиться со мной обязательно спрашивают, найдут ли они свою любовь и как скоро, — призналась жрица, поднимаясь с моей кровати.
— И даже кандидатки с отбора? — усомнилась я.
— Особенно они.
А предполагалось, что их всех только император интересует. Или они все спрашивали, как скоро выйдут замуж за него? Сомневаюсь.
— Так что? Не хотите и вы спросите про это? — не скрывая лукавства в голосе спросила жрица.
— Нет, — ответила без раздумий.
— Почему же?
— Не думаю, что любовь это про меня, — неожиданно для себя ответила я честно. — Да и просто не хочу каких-то предопределенностей. Вдруг ответ мне не понравится?
— А вдруг понравится? В любом случае, вы можете не переживать. Думаю, у вас все сложится хорошо.
Вот спасибо за ненужное предсказание. И как воспринимать ее слова? Не уверена, что наше понимание «хорошо» совпадает.
— Что же, на этом я вас оставлю, — остановилась жрица у самой двери. — Надеюсь, что все задуманное вами пройдет, как положено. Поскорее выздоравливайте.
Я уже выдохнула с облегчением, порадовавшись, что обошлось без проблем. Но поспешила. Рука жрицы замерла над ручкой двери и вместо того, чтобы открыть ее, она вдруг резко развернулась ко мне.
— Прекраснейшая просила передать вам, что сожалеет о произошедшем. И что она сделала все, что могла в той ситуации.
У меня вдох застрял в груди и руки мгновенно заледенели.
— Что?
— Не держите на нее зла, как она не держит его на вас, — проговорила жрица и не дожидаясь моего ответа, вышла, оставив меня ошарашенную одну.
То есть, меня все-таки узнали? Но… как это сказать…милостиво простили и позволили делать, как вздумается и дальше обманывать императора? Уму непостижимо…
И что значит она сожалеет и сделала все, что смогла? Она вообще разве что-то сделала для нас? Если бы это было действительно так, разве осталась бы я единственной выжившей? Я понимаю, что это была не ее грань и власти у нее там меньше. Но все же… на то они и Боги, чтобы ожидать от них невозможного. А она не сделала вообще ничего…
Мои судорожные размышления прервала бледная Линария, проскользнувшая в комнату.
— Ну что, ты как? — шепотом поинтересовалась она, бросившись ко мне.
— Все… в порядке, — пробормотала я. — А что жрица?
— С императором разговаривает. Так что, она тебя не узнала? Мы зря опасались?
— Узнала, — мрачно призналась я. — Но… выдавать нас похоже не планируют. Даже, в некотором роде одобрили наш план.