— Лучшим решением было бы его уничтожить! – вздыхает Кодер – Найти, забрать, и уничтожить публично, чтобы развеять сам миф. Жаль, что мы были так благородны, что не забрали Орех перед Кровавым аукционом.
— Вполне возможно, что это был муляж! — говорит Митана — Вряд ли господин Ши выставил перед толпой народа оригинал! А магия – обманка.
Обида захлестывает горячей волной. Это мой предсвадебный вечер! Мой! А они говорят об этом проклятом орехе!
Отпиваю большой глоток вина, чтобы скрыть свое недовольство. Королева не должна показывать чувства и эмоции.
— Нужно найти Ши! — произносит Кодер — Только он знает, где Орех!
— Если бы Орех попал в мои руки, я бы раздавил его на глазах у всех! – говорит Дориан, и бьет кулаком по подлокотнику – Чтобы ни у кого больше не возникло соблазна!
Митана согласно кивает:
— Так и следует поступить, мой король!
— Сделайте подделку! – неожиданно для самой себя выпаливаю я.
Голоса смолкают. Все смотрят на меня.
– Вы же знаете, как он выглядит. Создайте копию, объявите, что перехватили артефакт, и сожгите его! Или что вы там хотели с ним сделать. А если потом Орех снова объявиться — скажите, что это подделка. Вы же уничтожили оригинал на глазах у всех!
На мгновение в гостиной повисает тишина, нарушаемая лишь треском поленьев. Я вижу, как на лице Дориана удивление сменяется живым интересом, а затем – одобрением.
— А ведь это гениально! – медленно произносит Кодер, глядя на меня с уважением – Это решит проблему, не начиная войну за настоящий артефакт!
Дориан поднимается, подходит ко мне, и, впервые за вечер смотрит на меня по-настоящему тепло.
— Ангелика, ты умница! Так и поступим! Это будет символический жест. Знак новой эры!
Я ощущаю прилив гордости. Пусть моя помолвка испорчена, но зато я, наконец-то, получаю признание — я не тупая бесполезная кукла, приложение к королю, а мудрая королева!
…Лунный свет просачивается сквозь неплотно задернутые шторы, разрезая полумрак спальни серебряными лезвиями. Я лежу без сна, вслушиваясь в тишину замка и перебирая в мыслях завтрашний день. Мой последний день в статусе невесты. Беспричинная тревога ледяной змейкой ползет по позвоночнику, но я упрямо гоню ее прочь.
Внезапно воздух в комнате густеет, становится тяжелым, как перед грозой. Угол у окна, самый темный, сгущается еще сильнее, и из него, словно сотканный из мрака и лунного света, выступает Лиам.
Сердце пропускает удар и тут же несется вскачь. Я резко сажусь в постели, инстинктивно натягивая одеяло до самого подбородка. Он одет во все черное, как и всегда, и движется с хищной грацией пантеры.