Она продолжает, и ее пальцы сжимаются в кулаки на коленях.
— Не передать горя, которое я тогда испытывала. Жить не хотелось. Пустые руки, пустое сердце, пустой дом… И в это время мне принесли его. Маленький, слабенький младенец, Лиам, спас меня. Он был не больше котенка, и почти не дышал. Такой же брошенный и никому не нужный, как я сама себе казалась. Я полюбила его с первого взгляда. И я сделала все, чтобы не потерять и этого, второго моего сыночка.
Она переводит на меня взгляд, и в ее глазах я вижу океан нежности и скорби.
— Моя любовь спасла Лиама, а его любовь ко мне спасла меня… Он цеплялся за жизнь, а я цеплялась за него.
Я смотрю на могучего, опасного дракона, который сейчас так уязвим. И я больше не вижу в нем только короля-завоевателя, покорителя женских сердец и грозного бунтаря. Я вижу того крошечного, слабенького младенца, которого спасла любовь женщины, потерявшей все. И я понимаю, что эта жестокость, эта твердость — лишь броня, которую он носил всю жизнь, чтобы защитить то хрупкое, что когда-то едва не погибло.
И теперь я знаю, что я здесь не зря. Может, я и не могу лечить его раны, но я могу дать ему то, что однажды уже спасло его. Я могу просто быть рядом. И любить.
Майра правит от его имени, объявив, что король женился и наслаждается долгим свадебным путешествием с молодой женой в северных землях. Пока что все верят. А Дориан, как и обещал, не выдает тайну.
…Просыпаюсь, как обычно, на шкурах в углу пещеры. И обнаруживаю на подушке рядом с собой цветок — алую, бархатную розу, лепестки которой покрыты тончайшим слоем сверкающего инея.
Резко сажусь. Рядом с кроватью, на каменном уступе, сидит Лиам. Человек. Он очень бледен и худ, но это он. Его темные глаза смотрят на меня с тенью его прежней усмешки.
— Доброе утро, малышка Ангелика! — тихо говорит он, и его голос еще слаб.
А потом встает, протягивает мне руку, и в его голосе звенят знакомые властные нотки:
— Мы с тобой возвращаемся во дворец. И немедленно женимся. Подданных нельзя обманывать!
КОНЕЦ