— Вот думаю: он не женат?
— Разведен. Я карточку смотрела.
Они уходили, и Люба двинулась следом, чтоб застать конец разговора.
— Это плохо?
— Хорошо, дура! Свободный мужик! Ты не смотри, что всего лишь лейтенант. Видно, что птица большого полета. Самолет за ним в Могилев посылали, генерал лично приедет орден вручать, журналисты… Так что хватай, пока здесь, и держи крепче, не то уведут!
— Думаешь?
— А то! — хмыкнула Вера.
Она была постарше юной медсестры и говорила с апломбом.
— Как удержать?
— Так ЗАГС за углом, — снисходительно пояснила Вера. — Фронтовика зарегистрируют сразу. Вместо Рихтиковой станешь Волковой.
«Это о нем!» — с замиранием сердца поняла Люба.
— Ой, не знаю! — растерянно сказала сестричка.
— Идем, научу! — Вера потянула подругу за рукав, и они скрылись за углом коридора.
Люба, помедлив, повернулась и пошла к выходу. «Вот и все! — думала горько. — Эта сестричка красивая, Вера ее научит, а он ей уже подмигивал. А я… Кому я нужна?»
Она спустилась по лестнице и вышла в сквер, разбитый у входа в госпиталь. Здесь села на лавочку и опустила голову. Ей следовало уйти и больше здесь не показываться, но она не могла. Он был совсем рядом, на расстоянии двух лестничных пролетов. Сильный, заботливый, нежный… Он носил ее на руках и называл «зайкой»…
Шум моторов и скрип тормозов привлек ее внимание. У входа в госпиталь остановилось несколько автомобилей. Из них выскочили и загомонили люди в штатском и в военной форме. Внезапно они притихли. К крыльцу подкатила черная «эмка». Из нее выбрался плечистый, немолодой генерал.
«Федоренко! — узнала Люба. — Это к нему!»
К генералу подбежал врач в белом халате, наброшенном поверх военной формы, они поздоровались за руку и скрылись за дверью. Следом потянулись другие. Люба встала и пошла следом. Она не знала, почему делает это, ее повлекло, и она подчинилась желанию. В палату, однако, она не зашла. Остановилась у знакомого окна и стала ждать. Недолго. Дверь палаты распахнулась, из нее, весело переговариваясь, повалили журналисты и медики. Федоренко с ними не было. «Остался с ним!» — догадалась Люба и осталась на посту. Пробегавшие мимо медсестры косились на нее, но, разглядев васильковую тулью фуражки и малиновый околыш, испуганно притихали. Ожидание затянулось. Люба не знала, кого и зачем она ждет, она просто не могла уйти — вот так, шагнуть и скрыться, в то время как он здесь, совсем рядом, за этой крашенной коричневой краской дверью.
Погруженная в свои мысли, Люба едва не прозевала появление Федоренко. Генерал вышел в коридор, надевая фуражку. Люба шагнула навстречу.