Солнце поднималось над горизонтом, окрашивая торосы в розовый цвет. Мороз немного ослаб, но лед все равно потрескивал под ногами.
— Ну что, товарищи, — обратился я к команде. — Все готовы?
— Ready, — кивнул Джонсон.
— Pronti! — отозвался Марелли.
Бережной молча перекрестился. Варвара крепче сжала мою руку.
— Avanti! — Марелли первым тронул «Фиат». Машина осторожно сползла на лед. Двое помощников шли по бокам с шестами, проверяя путь.
За ними, выдерживая дистанцию, двинулся наш «Полет-Д». Лед под колесами глухо потрескивал.
— Давление масла четыре атмосферы, — привычно докладывала Варвара, но в голосе чувствовалось напряжение.
Бережной вел машину предельно плавно, избегая резких движений. Велегжанинов и Звонарев шли рядом, внимательно вглядываясь в ледяную поверхность.
Первую треть пути прошли благополучно. Обогнули большую майну, протиснулись между торосами. «Форды» уверенно шли следом.
И вдруг…
— Ferma! Стоп! — отчаянный крик Марелли эхом разнесся над рекой.
«Фиат» медленно оседал, проламывая лед. Вода уже захлестывала передние колеса.
— Не глушить мотор! — крикнул я. — Бросайте шесты под колеса!
Итальянцы действовали четко, один заводил трос, второй подкладывал шесты. Но машина продолжала оседать.
— Avanti! Немного вперед! — командовал Марелли, выжимая газ.
«Фиат» дернулся, пытаясь выбраться, но только сильнее проломил лед. Вода уже достигала дверей.
— Держись! — я дал команду Бережному. — Подходим ближе!
«Полет-Д» осторожно приблизился на длину троса. Велегжанинов уже закреплял буксир.
— Джонсон! — крикнул я. — Страхуйте нас сзади!
Американец завел трос за наш кузов. Теперь три машины составляли единую цепь.
— По моей команде! — скомандовал я. — Приготовились… Тяни!
Бережной плавно тронул «Полет-Д». Дизель натужно заревел. «Фиат» чуть сдвинулся, но лед под ним продолжал крошиться.
— Ancora! Еще! — кричал Марелли, выжимая газ.
И тут раздался треск — лед проломился под передним колесом нашей машины.
— Варвара, на руль! — скомандовал я. — Бережной, к лебедке!
Мы выскочили из кабины. Звонарев уже разматывал трос лебедки, цепляя его за торос. Велегжанинов закреплял поперечные шесты.
— All together! — крикнул Джонсон. Его «Форд» медленно пятился, натягивая страховочный трос.
Варвара держала руль, точно выполняя команды. Бережной крутил лебедку, что-то бормоча себе под нос — кажется, молитву.
Несколько минут казались вечностью. «Фиат» медленно, очень медленно пополз вверх. Вода стекала с его колес, тут же замерзая на морозе.
— Есть! — выдохнул Звонарев, когда итальянская машина наконец выбралась на крепкий лед.