Варвара схватила мою руку:
— Смотри! Вода!
По трещинам во льду начала сочиться темная речная вода. Но берег был уже близко.
— Даешь! — заревел Бережной, прибавляя газу.
«Полет-Д» рванулся вперед. За ним, не отставая, шли остальные машины. Последние метры преодолели почти бегом.
Когда все машины выбрались на берег, Марелли картинно упал на колени и поцеловал промерзшую землю:
— Terra ferma! Solida terra!
Джонсон, впервые за все время, широко улыбнулся:
— Great job, comrades! Really great!
На берегу нас встречали местные рыбаки с горячим чаем в термосах. А внизу, на реке, лед уже заметно двигался, вспучивался, с гулом ломался на огромные льдины.
— Во время успели, — одобрительно кивнул Фома Кузьмич. — Еще бы полчаса, и все — ледоход.
Механики хлопотали вокруг машин, оттаивая замерзшие механизмы. Бережной в который раз обходил «Полет-Д», проверяя каждый болт. А над рекой всходило холодное северное солнце, освещая путь к нашей конечной цели — Архангельску.
После переправы устроили длительную остановку в рыбацком поселке. В большой избе местного председателя артели было жарко натоплено. Пока просушивали одежду и отогревались горячим чаем с брусничным вареньем, механики занимались машинами.
— Нужно все проверить, — командовал Велегжанинов, вытирая заиндевевшие усы. — После такого льда каждый болт осмотреть.
«Фиату» досталось больше всех, его двигатель полностью промерз после частичного погружения. Марелли с помощниками отогревали его паяльными лампами, что-то приговаривая по-итальянски.
— До Архангельска верст шестьдесят осталось, — сказал председатель артели Северьянов, расстилая на столе потрепанную карту. — Дорога накатанная, каждый день обозы ходят. Но мороз здесь злее, чем в Вологде, тут ветер с моря.
Джонсон методично проверял показания приборов, записывая данные в блокнот. После пережитой переправы даже его обычная невозмутимость слегка треснула, на лице появилась едва заметная улыбка.
К вечеру все машины были готовы к последнему броску. Председатель выделил провожатого, молодого охотника Прохора, хорошо знавшего зимнюю дорогу.
Выехали затемно. Морозный воздух обжигал легкие, но небо было чистым. Над головой переливалось холодное северное сияние.
— Как в сказке, — прошептала Варвара, глядя на разноцветные сполохи.
Дорога и правда оказалась хорошей. Плотно укатанный санями снег держал машины. Вдоль тракта тянулись телеграфные столбы, первый признак приближения к большому городу.
К рассвету вдали показались маковки церквей и корабельные мачты, портовый Архангельск встречал героев автопробега. На въезде в город собралась внушительная толпа встречающих. Развевались красные флаги, гремел духовой оркестр.