Я обернулась.
Он смотрел в сторону большого дерева. На нижней ветви сидела женщина в серебряном платье. Светлые волосы падали на плечи, на горле лежал темный ожог.
Его мать.
Я поняла это сразу.
Рядом с ней стояла другая.
Лиана.
Не я.
Та, прежняя. В свадебном платье, с брачным браслетом на запястье.
Она протягивала Рейнару руку.
— Ты можешь исправить, — сказала иллюзия.
Его лицо стало белым.
— Как?
— Выбери меня сейчас.
Он сделал шаг.
Я не стала хватать его.
— Рейнар.
Он не услышал.
— Если вернешь меня, — продолжила Лиана, — все будет как прежде. Я прощу. Мать тоже простит.
Женщина на ветви улыбнулась.
Слишком мягко.
Слишком легко.
— Рейнар, — повторила я. — Настоящая Лиана не просила бы вас выбрать за нее второй раз.
Он замер.
Иллюзия нахмурилась.
— Она любила меня, — сказал он.
— Да.
— Я мог…
— Не могли. Прошлое не открывается потому, что вы наконец готовы вести себя иначе.
Лиана протянула руку дальше.
— Рейнар, иди.
Он закрыл глаза.
— Я не имею права просить тебя вернуться, — сказал он.
Иллюзия дрогнула.
— Ты моя истинная.
— Ты была человеком раньше, чем стала моей истинной. Я понял это слишком поздно.
Женщина исчезла.
Мать Рейнара осталась еще на мгновение.
— Ты станешь им, — сказала она голосом, похожим на хруст льда. — Станешь отцом.
Рейнар не открыл глаз.
— Возможно. Но страх перед этим больше не будет решать за других.
Дерево раскололось отражением и стало обычным серым стволом.
Он долго стоял неподвижно.
Потом посмотрел на меня.
— Благодарю.
— Я только напомнила.
— Иногда именно этого никто не делает.
Мы пошли дальше уже ближе друг к другу.
Рейнар больше не держался за ремень сумки. На особенно узких участках мы соединяли руки. Не из-за связи. Не потому, что болото требовало.
Просто так было безопаснее.
И теплее.
Туман начал редеть к закату.
Перед нами появились остатки каменной ограды. Из воды торчали столбы, увитые прозрачными растениями. За ними виднелась крыша дома, почти полностью ушедшего в болото.
Сердце Морвейнов.
Стеклянная веточка в кармане стала горячей.
Мы вошли через разрушенную арку.
Под водой лежал двор. Каменные дорожки угадывались по ровным полосам мха. В центре стоял засохший фонтан в форме чаши. Из чаши росло дерево с прозрачной корой.