— Нет, ваше императорское величество, — твердо ответил Константин Николаевич, — клянусь своим княжеским словом!
— Тогда, Александр Христофорович, вот вам другое дело, более полезное — написать благодарственный императорский рескрипт от моего имени.
Рескрипт Бенкендорф не то, что не хотел писать — все поручения правящего императора он выполнял с радостью и с внутренней дисциплиной, — но перед этим он хотел быть убежден, а так ли все сделано, как поведал им его, между прочим, подчиненный. А потому попросил его императорское величество разрешить вначале съездить к себе в жандармское управление, чтобы выяснить тонкости следствия, допросить преступника, а уже потом там же написать означенный рескрипт.
Николай I, подумав, милостиво разрешил. Потом даже поблагодарил. Император не любил, когда его ближайшие помощники торопились, потом ошибались и, суетясь, переделывали. По его мнению, пусть деятельность идет медленно, постепенно, зато сразу, без переделок.
А вот Константин Николаевич — попаданец из XXI века — такую методу действия одобрял только по мелочам, по отдельным действиям. Но, как государственную политику очень не любил. Ибо государство, в принципе, как любой социальный институт нуждался в постоянном развитии. В противном случае государство закостенеет и погибнет, как это произошло при правнуке Николая I. И не так уж и далеко. Николай I умер в 1855, а две революции произошли в 1917 году. И Николая II со всем семейством рассьреляли!
Но его опять же никто не спрашивал. А если бы сам открыл рот, так еще бы и по сопатке получил. Прямо по благородной княжеской. На хрен напропалую лезть туда, куда тебя совсем не просят!
Попросился самому съездить в Управление. Ему тоже надо допросить псевдовервольфа или, по крайней мере, на пару с шефом жандармов. Елена Федоровна, видя, что ее будущий муж опять куда-то от нее удирает, и, судя по всему на очень интересное и информативное мероприятие. Приласкалась к грозному родственнику, немного поплакалась, потом попросилась с князем Долгоруким.
Николай Павлович поначалу недовольный, не очень-то хотел отпускать в эту поездку, по сути, в тюрьму, но хитрая девушка заметила, что, во-первых, они будут недолго и приедут сегодня же, во-вторых, она все разузнает и может лично ему рассказать.
Это все и решило. Николаю I и самому было очень интересно. Но императору показалось очень неудобно просто так ехать к жандармам. Если кто-то думает, что российский абсолютный монарх в XIX веке делает, что хочет, и как хочет, то он сильно ошибается. Ибо император — это, прежде всего, социальный институт и человек. В этом отношении институт ограничен многими законами и положениями, принятыми в большинстве, кстати, им же. А уже человеку свойственны мораль, предрассудки, оглядка на общественное мнения, и т.д. и т.п. В этом отношении Николай I был, наверное, одним из самых ограниченных и закомплексованных россиян того времени.