Клим обвел взглядом присутствующих , все замерли, жадно впитывая каждое слово. Скрывать что-то дальше не было смысла. И, честно говоря, ему надоело скрываться.
— Да, — четко произнес Клим. — Я с ней сплю. И звонил ей по ночам. И делал всё то, о чем она там трепала своим подружкам.
Марк шагнул ближе, лицо красное, глаза полные ярости.
— Ты… ты просто ублюдок, Клим. Ты её сломал. Ты меня сломал. А теперь ещё и гордишься этим?!
Клим не двинулся. Только кулаки сжались.
— Я сказал, да. И что дальше?
Марк замахнулся. Клим перехватил его руку на лету, крепко, без лишнего усилия.
— Знай своё место, -сказал он тихо, но так, что все услышали, — лучше не зли меня, и не отсвечивай.
Марк дёрнулся, пытаясь вырваться.
— Из мужской солидарности, оставь её. Пожалуйста. Она нормальная девчонка. Она не заслуживает тебя. Ты, чудовище!
Клим медленно разжал пальцы и толкнул Марка в грудь, не сильно, но достаточно, чтобы тот отступил на шаг.
— Нет.
Марк стоял, тяжело дыша. В глазах смесь ярости, боли и чего-то, что походило на поражение.
Голос был хриплым, почти сломленным:
— Ты изменился. Раньше ты хотя бы притворялся, что тебе не всё равно. А теперь ты просто берёшь то, что хочешь. И плевать, кого это сломает.
Клим усмехнулся.
-Я всегда был таким, пора повзрослеть Марк.
Клим вышел на террасу бара. Холодный горный воздух после душного помещения ударил в легкие, немного проясняя мысли. Он прислонился к перилам, достал телефон и набрал номер матери.
Пока шел гудок, Клим медленно провёл языком по внутренней стороне щеки, обдумывая услышанное.
Значит, решила играть. Решила переписать историю. Сделать из него влюблённого кретина.
Значит любит, когда за ней бегают.
— Добрый вечер, сын. Как отдых?
Тон Елены Зарницкой был ровным, безупречно светским. Только та холодная, отточенная ясность, которую он унаследовал.
— Пойдет. Как вы там? — Клим прикурил сигарету, глядя на темные очертания гор. Баловался иногда, а вообще курение он не жаловал.
-Мы в предпраздничной суете, ждем пару семей на ужин, дом уже полностью задекорирован. Отец распорядился подать коллекционное шампанское, так что вечер обещает быть утомительно-идеальным.
— Отлично, — Клим выпустил густой дым. -Что там с Николь Громовой? Слышал, вы пересеклись.
В трубке воцарилась короткая, многозначительная пауза. Клим кожей почувствовал, как мать на том конце провода едва заметно улыбнулась.
-Забавная девочка. Встретила её вчера на Арбате, она была в компании подруг и очень увлеченно рассказывала им, как ты потерял от неё голову. Если верить её словам, ты звонишь ей в три часа ночи и буквально преследуешь, она нарисовала образ влюбленного до безумия мальчика так убедительно, что её подруги открыли рты.