Неду было немного не по себе. Идти в это змеиное гнездо с нашивкой мага… тревожно. Это была выдумка Хеверада. Он со смехом заявил, что хочет подразнить общество чванливых снобов и просит лишь об одном — по возможности никого не убивать. Нет — так-то можно, ежели на дуэли, да по всем правилам… вроде как можно. Но тут есть одно обстоятельство — простых людей, вроде Неда, там, в Школе, нет. Нед — исключение из правил. А раз курсанты — детишки из приличных семей, значит, у этих парней имеются многочисленные родственники, родовитые, богатые и очень обидчивые. А ну как обидятся, что какой-то безродный мужлан отрубил башку их отпрыску? Да начнут нанимать убийц, да заварят какую-нибудь кашу… нет уж, лучше поосторожнее. И как должен был чувствовать себя Нед после таких слов? Да и без слов понимал, что сладко ему не придётся.
Снова и снова у Неда возникало странное ощущение, что он попал в какой-то поток, бурный, уносящий его туда, куда он совсем не хочет. И тащит, и крутит его мутная вода, будто малую щепку, то окуная с головой, то давая вздохнуть, выныривая на поверхность… но где будет тихая пристань? Когда, наконец, Нед обретёт покой? И, вздыхая, Нед говорил сам себе — никогда. Видимо, никогда.
Хеверад отказался разрешить Неду поехать на побывку к жене, сказав, что не может отпустить его в такое время. Всё, что может сделать — написать письмо Санде и отправить его почтовой каретой. Что Нед и сделал. В письме он просил Санду приехать в столицу, рассказывал о том, что изменилось в его судьбе, и о том, как он хотел бы видеть девушку и как по ней соскучился. Конечно, многого написать он не мог, да и не собирался. Зачем ей это? Подробности армейской жизни…
В своих чувствах к жене он так и не разобрался. Прошёл угар влюблённости, остался трезвый взгляд на происшедшее, подкреплённый жизненным опытом Юрагора. И вот с точки зрения этого жизненного опыта Санда была просто опасна — с её непредсказуемостью, с её умением подставить своего мужчину под неприятности — вспомнить только насильственную женитьбу Неда.
Теперь он многое понимал, но… он был молод, ему хотелось женщину, а Санда была великолепна и внешне, и в постели, так что ему было плевать на то, что она взбалмошна и непредсказуема. Его организм требовал своего… но не прочь был прихватить и чужого. А его, этого чужого, было выше крыши! Нед не был обделён вниманием женского пола. Каждый день, когда он выходил на улицу, кто-то из дам обязательно с ним заговаривал, девушки хихикали, жеманно прикрывая рот веером, а мужчины, их кавалеры, бросали злобный взгляд на соперника, и лишь вид двух мечей, воткнутых за пояс, уберегал их от того, чтобы немедленно заняться выяснением отношений.