— У Изаара, насколько знаю, есть мощное огненное усиление, — возражает Валкан. — Да и у меня свои трюки припасены. Это сильно повысит наши шансы. Пока другого выхода всё равно нет.
Сержанты ещё долго спорят, но степняку удаётся переубедить оппонента. Видно, что тот после долгого сидения в окружении демонов и сам уже не в себе.
Стоит нам собрать в кучу всех жителей и сделать первый шаг к люкам, как демоны, до этого лишь окружавшие арену плотным кольцом, приходят в движение. Они больше не намерены стоять в стороне — теперь, когда долгожданная добыча вместо покорного ожидая смерти пытается ускользнуть, твари бросаются в атаку.
Воздух наполняется зловещим гулом, эхом разносящимся по пустым трибунам — рёв, вой и лязг когтей сливаются в чудовищную какофонию. Демоны накатывают волнами — огромные, уродливые, разящие слепой яростью. Передовые ряды атакующих разбиваются о строй гвардейцев, но задние напирают, грозя смять нашу оборону.
Люди в панике, многие кричат и плачут. Их торопливо проталкивают ко входу в тоннели. Воины едва сдерживают натиск, не давая чудовищам прорваться к беззащитным горожанам. Адепты швыряют в гущу врагов пылающие сферы и ледяные копья, но на место каждого павшего демона встают двое новых.
Мы отступаем к люкам, пятясь и огрызаясь. До заветных решёток всего ничего, но путь кажется бесконечным. Демоны, почуяв близость желанной плоти, звереют. Они ломятся вперёд, невзирая на потери, сметая всё на своём пути. Я вижу, как одного бойца утаскивают в клубящуюся темноту, другого разрывают на части. Запах крови и смрад горелой плоти забивают ноздри.
Когда мы, наконец, добираемся до люков, половина защитников уже выбыла из строя. Ветераны выжигают решётки, пока мы сдерживаем озверевших тварей. Первыми в дыру прыгают самые слабые, раненые и дети. За ними — остальные горожане. Гвардейцы и рекруты-новички спускаются последними, прикрывая отход.
Я едва не теряю руку, когда пытаюсь захлопнуть крышку люка — мохнатая лапа с ободранной шкурой и обломанными когтями прорывается в щель и тянется к моему лицу. Райдо одним ударом отсекает конечность, и мы захлопываем тяжёлую металлическую плиту. Секунду спустя в неё бьёт что-то тяжёлое, прогибая края. Но люк выдерживает.
Меня резко и с силой дёргают назад, и какой-то боец заваливает проход техникой земли. Камень с треском обваливается, накрывая меня пылью и мелкими осколками.
Теперь между нами и смертельной угрозой есть хоть какая-то преграда. Но расслабляться рано — внизу нас поджидает не меньшая опасность. И всё же шанс на спасение теперь есть.