Чего только за последующие три часа роте не пришлось пережить. Огненные шары вспыхивали при соударении с землёй яркими расширяющимися куполами, выжигающими всё в радиусе семи-восьми метров. Металлические ядра разрождались электрическими протуберанцами, поражали людей, выводили из строя технику и оборудование. Полые сферы раскрывались высоко в небе и выпускали из чрева сотни коротких стальных дротиков со стабилизаторами, заставляя в страхе искать укрытие в блиндажах или под щитом с активированным защитным полем.
Кульминацией последнего обстрела послужил магический удар, вызвавший у всех без исключения рвотные спазмы. И пусть никто от него не погиб, однако моральный дух очень сильно подточил.
— Так, гаврики! Перекличка! — сержант продолжил надрывать голос. — Живо проверились сами и осмотрели ближайшего товарища! О раненных и, не приведи Господи, об убитых доложить немедленно!
Через пять долгих минут бойцы отделения пришли в себя, огляделись и пересчитались. К счастью никого и в этот раз не зацепило. Смерть тоже прошла мимо, не удостоив третье отделение второго взвода роты «Шатун» своим вниманием. Пожалуй, отделение сержанта пока что единственное не понесшее безвозвратных потерь. Все перепуганные, немного подпаленные, но относительно целёхонькие. Что не могло не радовать.
— Гильза! — позвал сержант высокого и немного нескладного солдата. Впрочем, самого толкового из всех подчиненных, несмотря на изредка демонстрируемую рассеянность и нежелание служить строго по уставу. Как заметил взводный — лейтенант Мартьянов: «Когда надо Гильза делает всё как надо».
— Я! — Гильза не вытягиваясь во фрунт умудрился, тем не менее, выглядеть подтянутым, разве что честь не отдал.
— За старшего. Я к лейтенанту. И смотрите у меня тут, — пригрозил сержант.
— Понял.
— Не «понял», а «так точно».
— Да понял я, понял, что «так точно».
— Тьфу. Курвины дети. Закончится эта катавасия, и займусь вами. Обратно в окопы попроситесь.
— Так, товарищ сержант… Без командира отделения в окопы не пошлют, — возразил Гильза, пряча ухмылку.
— Тьфу, — в очередной раз сплюнув, сержант пригибаясь направился искать командира взвода.
Лейтенанта на месте не оказалось. В блиндаже вместо него сидел злой комроты капитан Завьялов. Он хмуро посмотрел на вставшего, чуть пригнувшись из-за низкого потолка сержанта и не дожидаясь вопроса, читавшегося во взгляде вошедшего, сказал:
— Всё. Нету больше Мартьянова. Молнией шибануло. Сердце остановилось, не успели откачать. Поэтому принимай, сержант, взвод.
Сержант опешил:
— Я? Погодите. Как же зам? Семён… Виноват… Прапорщик Неклюдов?