Чай допить не удалось.
Вернее, хлебнуть я хлебнула, но он почти весь выплеснулся обратно, когда на моих глазах благообразная дама, вот ещё мгновенье назад покровительственно мне улыбавшаяся, вдруг упала лицом в стол, а потом свалилась на пол.
Девочки за стойкой заверещали, я начала оглядываться в поисках ее сопровождающей, а муж мой, наблюдавший за движением людей в кафе, решительно отставил в сторону свою чашку и поспешил к месту происшествия.
Бестолковая суета, призывы охраны и врача, выяснение подробностей произошедшего прибывшим из соседнего отделения нарядом полиции — всё это прошло мимо меня, поскольку Андрей сразу заявил, что я здесь на сохранении и меня ни в коем случае нельзя беспокоить.
— Любимая, идем в палату. Вам с малышкой надо немного полежать, — муж подхватил меня под лоток, но увести не успел.
В двери клиники ввалился паникующий Кир с испуганной барышней в охапке. Следом за ним вбежали малыши: наша несравненная Кларисса тащила за руку мальчика чуть её помладше. Их писки-визги, топот и вопли органично влились в уже имевший место дурдом.
— Мам, ну-ка, присядь, — скомандовал сын, и любимый устроил меня со всем комфортом на диване для посетителей.
Кирюша тут же придвинул кресло, в которое поместил, вероятно, ту самую Любу, с чьей бабушкой мне, к сожалению, так и не удалось познакомиться.
— Так, мы с Андрюхой сейчас разберёмся: что горит? И тогда поговорим, — сын поцеловал меня в макушку, а потом поманил малышей к себе.
Подхватил мальчишку на руки, а Кларе помог забраться ко мне на диван:
— Мама, у меня есть некоторые новости…
— Я вся внимание, — улыбнулась своему уже совсем давно не Мамонтенку.
— Позволь представить тебе Любу, мою любимую женщину и будущую жену, и Арсения моего сына.
Глаза я вытаращила, да. Хорошо рот закрытым удержала.
А потом вспомнила кое-что из своих недавних переживаний и, хихикнув, сказала только что подошедшему после короткой беседы с полицией мужу:
— Андрюш, представляешь, я теперь бабка!
Любимый окинул взглядом нашу живописную компанию и усмехнулся:
— Как скажешь, Нон. Мать, бабушка — не принципиально. Ты — женщина-загадка. Моя. Любимая.
Вот рада я за Андрея: у него все всегда очень просто и ясно.
А Кир, осознав, что гневаться я не планирую, хмыкнул:
— Тебя, как ни назови — ты всё равно прекрасна. В любой роли несравненно хороша. Офигенный специалист, лучшая мать и, я уверен, будешь не менее любящей бабушкой. Главное, мам, чтобы ты была здорова.
Улыбнулась ему и погладила прижавшуюся ко мне Клару:
— Да, дети, не устаете вы меня удивлять. Люба, рада вам с Арсением. Надеюсь, мы поладим.