Ой, что тут началось!
— Да я не могу… да как так? Мы будем тебя стеснять… с чего бы тебе с нами возиться?
В общем, полный набор установок и откорячек страдающих, гордых барышень.
Тяжело вздохнул, потому как тут Любушка напомнила матушку мою просто один в один, на тот момент, когда мама узнала, что у нас будет Клара, а с Андрюхой все ещё пребывала в разводе.
Весь этот нервный цирк снова пришёл в мою жизнь.
Но, что тогда, что сейчас мысли сопротивляться или жаловаться не возникло. Это — мои важные и дорогие женщины, им нужна поддержка, значит, они её получат.
— Любушка, милая, я подожду, пока ты примешь, что ты — моя любимая женщина, и твои заботы — мои заботы.
Устроив малышей в машине, Люба бросилась на шею и залила меня слезами.
Гладил любимую нежно по спине, вытирал заплаканное личико, целовал, лишь слегка касаясь, потому как боялся не сдержаться.
Такая она была для меня невозможно желанная, что только зубами скрипеть и оставалось.
А потом мы поехали к ним домой, и я был счастлив познакомиться с женщиной, которая, на самом деле, спасла мою Любушку в тот острый и важный момент, когда кое-кто повёл себя как инфантильный идиот и сопляк.
Аглая Семёновна оказалась невероятной женщиной, совсем не похожей на бабушку Адель внешне, но повадки и даже некоторые интонации в речи были настолько узнаваемыми, что я ностальгически улыбнулся.
И конечно, она меня изрядно взбодрила.
Пока Любушка собирала «тревожный чемоданчик на первое время», как она сказала, Аглая Семёновна предложила нам с Клариссой чаю с пирогами, которые только-только вынула из духовки.
А когда малыши устроились вокруг стола, эта невероятная женщина поцеловала Сеню в макушку со словами:
— Вот и твой настоящий папка нашелся. Я же говорила: «Судьба и Бог однажды приведут его к тебе».
И пока я успокаивал, подхватив на руки, разрыдавшегося пацана, на пороге кухни появилась Люба. Вся в ужасе и стыде, естественно.
Пришлось успокаивать и ее.
А вот кто был доволен, так это Клара:
— Люба тепель наса? Да, Кайл? Совсем наса? Навсегда?
Я согласно кивал, усадив Сеню на колени. А потом посмотрел на Любушку и хмыкнул:
— Так, у нас настоящий семейный детский сад образуется. Здо́рово. Арсений, собирайся! Клара покажет тебе поезд, который ей папка подарил, а он ей почему-то не зашёл…
Сестрица встрепенулась мгновенно:
— Тего это не засёл? Нлавится. Иглать буду.
Аглая Семёновна рассмеялась, а я, отправив малышей в комнату, собирать самые важные Сенины игрушки, обнял любимую:
— Ну, скучать некогда теперь нам всем будет.
А когда она заревела и уткнулась носиком мне в шею, понял, что так и правильно.