Ты когда-нибудь сталкивался с чем-то подобным?
Прости, если это письмо вышло немного отрывочным. Я пишу в спешке и прилагаю его к остальным заметкам, которые составлял неделями, чтобы отправить тебе немедленно. Пожалуйста, ответь на это сообщение отдельно и как можно скорее пришли фамильяра обратно – по крайней мере, если по твоему опыту эта история тоже кажется тревожно странной.
Извини, что тревожу тебя этим по нашему рабочему каналу.
А.
***
Отрывок из письма, адресованного «С.»
…если подытожить, с вашей ученицей всё в порядке. Не думаю, что она задержится здесь надолго, но, раз уж вы об этом попросили, я буду помогать ей с боевой магией столько, сколько она здесь пробудет.
Вы в этом на удивление настойчивы, но я понимаю. Даю слово: я не скажу ей о ваших указаниях относительно неё.
У меня уже есть опыт обучения даже тех, кто в этой области вовсе не одарён, – спасибо «Л.», – так что помочь ей продвинуться дальше в боевой магии, если, как вы говорите, база у неё крепкая, не должно составить особого труда.
В остальном мне пока трудно о ней судить. Пока она производит впечатление молодой женщины, которая ещё не решила, чего именно хочет и каким путём собирается этого чего-то добиться, хотя я не сомневаюсь, что она и сама чрезвычайно сильный маг. Особенно если ей и впрямь удалось понять, как применять ментальную магию к монстрам.
Но оставим её в стороне, позвольте поправить вас насчёт двенадцатой страницы…
Нойгири
Более одиннадцати месяцев спустя
Внутреннее убранство главного здания Академии напоминало Нойгири скорее замок, чем управленческое здание.
В основном потому, что пол здесь был каменным, стены – довольно толстыми, а зимой стоял бы жуткий холод, если бы не постоянное, едва заметное применение магии.
Коридор перед кабинетом замдиректора был узковат: вдоль одной из стен тянулся ряд стульев с жёсткими спинками, явно поставленных сюда в последнюю очередь. Они не подходили друг к другу. У одного стула были подлокотники, у другого – нет, а третий был чуть выше остальных, словно его стащили из какой-нибудь столовой. В конце ряда стоял маленький столик, на котором ютился глиняный горшок с полудохлым растением.
Нойгири сидела на стуле с подлокотниками, положив себе на колени гримуар.
Её взгляд спокойно, без всякой спешки, скользил по диаграммам и пометкам. Время от времени она переворачивала страницу.
И тут тяжёлая дверь кабинета распахнулась.
Оттуда вышли двое учеников – юноша и девушка, оба по виду пристыжённые и капельку на взводе. Нойгири поняла это по напряжённым плечам и едва заметной красноте в глазах девушки.