— А если не приедет? Клэр, не заплывай далеко.
— Мы дождёмся его, конечно же.
Девушка беззаботно с головой ушла под воду. Я ждала её, а после приблизившись и утонув в её взгляде, прошептала.
— Нет, Клэр. Как только первые солнечные лучи покажутся над лесом. Мы уедем, ты станешь баронессой Монгрени. Дядя найдёт нас позже.
Она молчала.
— А если не найдёт?
Голос девушки прозвучал очень тихо, но я услышала эти слова. И будто увязла в смысле сказанного.
«— не расслабляйся, они только и ждут этого».
Непонятно было кто «они». Осознавала только, что отличаемся мы, видно от привычного образа аристократок этого времени или, возможно, просто не хотим жить по установленным кем-то канонам.
‘В неволе птица не поёт.
Сокол гнёздышко не вьёт’.
— Нужно выходить из воды, сушиться и ложиться спать. Ветерок холодит и кажется, что пахнет океаном. Комаров разгоняет. Не молчи, Клэр, скажи ещё что-то.
— Если всё у них хорошо сейчас, они бы уже были здесь?
— Не думаю. Ожидаю их к утру. Путь неблизкий и вороному мессира Готье нужен будет отдых.
Её дыхание не было ровным, как обычно. Расположившись вдвоём на широком сиденье в рыдване, пождав озябшие ноги, она обняла меня, как прежде. Старшая сестра дышала мне в затылок и не спала.
Долго.
Я могла представить, как её глаза, полные жуткой тревоги, смотрели, и даже в кромешной тьме чувствовала их взгляд.
Каждый звук извне дарил нам надежду. Мы слышали, как сменилась охрана, как в стогу сена, завернувшись в тёплые одеяла, похрапывают мадам Марта и её супруг.
Но к утру, дядя и его брат, так и не появились.
Привыкшие рано вставать дочери мадам Марты и кормилица, шустро готовились к дороге. Завтракали мы скоро, делая это на ходу. А после облачались в дорожные одежды дам, которые сопровождали госпожу баронессу в пути.
Волосы Клэр, после вечернего купания в реке, высохли, запутавшись. Причёска получалась так себе, мучаясь с кормилицей, мы старались это скрыть под дорожным чепцом.
Мари подобрала для себя образ послушницы. Клэр вновь была в положении. Я же туго заплела косу, и мне надёжно пришили её к жакету на спине. Я надела мужские одежды, приторочила седельные сумки с дорогой для нас всех ношей, накинула плащ. Мне подвели моего жеребца, на котором ехал до этого Марк.
Пора в дорогу.
Не отрываясь, смотрела на молодую поросль дуба на горизонте. Вот они лучи. Будто пробились через тот барьер, который воздвигнул огромный безымянный спутник этой действительности. В глазах у всех застыла тревога. Подала руку Марку.
— Атлас справится, нас будет двое?
— Думаю, что да. В рыдване очень тесно. Подай мне арбалет.