Седельные сумки еле протиснулись, и мы наконец-то оказались во дворе странного строения. Мессир Жиль закрывал систему засовов на двери, которые сдвигались с внешней стороны через всего одну дырочку в дереве калитки. Странно устроенный крюк мелькнул в руках сестры.
— Ты знала?
— Предполагала, Рашель. Главное — нужно было понять, какой должен был быть диаметр метала у ключа. Дядя что-то говорил об этом, толком сам не понимая, как всё это работает. Посмотри, это что?
— Мм — дом. Разумеется, это он.
— Нет. Это огромная хижина из груды камней. Без окон будто обвал произошёл, и гора сбросила со своей спины всё это.
— Ну да… В два этажа дядя говорил.
— Что окон нет, может, и к лучшему, свечи зажжём. Камин, опять же. Завтра всё осмотрим, сейчас же необходимо попасть вовнутрь, освободить лошадей от ноши и вскипятить воды.
Все будто устав от бездействия, ожидали только этих слов.
Открыв входные двери, вздохнув влагу и затхлость давно не проветриваемого помещения, не решались войти. Я будто чувствовала присутствие кого-то в помещении, которое пустовало практически двадцать лет. Нельзя всё описать словами: — еле уловимые звуки прошлого, которые, казалось, стали частью самого воздуха в этом строении, витали вокруг. Вспомнились подземелье и монастырь, мы, не сговариваясь, переглянулись с Клэр.
Гвардеец по — хозяйски чиркнул где-то уже внутри помещения огнивом и зажёг старый фонарь, в стенки которого была вложена промасленная ветошь.
Зал первого этажа был невелик, однако многое терялось в неосвещённом сумраке, посередине стояла большая корзина из металлических прутьев. На кованых ножках она будто существовала сама по себе. Затруднялась сказать, для каких целей она могла служить. Но округлые большие камни в камине подсказали, что вероятно, их вытаскивали раскалёнными и складывали подхватами именно в эту корзину. Камни, медленно остывая, дарили своё тепло зимними ночами. Дрова, сложенные неподалёку, благодаря быстрым действиям месье Жиля уже находили своё последнее пристанище в камине. Это старинное устройство для отопления всего жилья и приготовления пищи было просто частью стены, без всяких полок и колонн, и напоминало очаг неправильной формы внутри выдолбленной выемки в хорошо обтёсанной каменной кладке стены и пола.
Наверх вела лестница без поручней.
Это был не второй этаж. Но уже и не первый. По периметру всего строения, словно на возвышении, были обозначены двери. К ним вёл узкий помост. Я не считала в тот вечер сколько тех дверей. А поднявшись со свечой в руках и отворив одну, оказалась в келье.