— Не стоит, не стоит, я уже здесь. Равно как и уважаемая комиссия, они заняли третий этаж. — Откуда-то из-за спин собравшихся вынырнул лорд Шайтес.
Среднего роста, среднего телосложения, средней внешности — он мог бы возглавить какую-нибудь Тайную Канцелярию или еще что-то подобное. Потому что у него еще и голос был абсолютно незапоминающимся.
За несколько минут мы все собрались в огромной переговорной. Меня пытались было оттереть в сторону, убрать, но Альдор прямо и не двусмысленно показал, что мое место подле его правой руки. И от этого мне стало иррационально тепло.
— Моя невеста обладает острым умом и наблюдательностью, — Альдор накрыл мою руку своей, — что не может меня не радовать. А посему я нуждаюсь в ее присутствии денно и нощно. Сейчас мне бы хотелось услышать отчет представителя особой королевской комиссии. Какие трудности есть в Озерном Крае?
— На что бы вы советовали обратить наше внимание? — добавила я медку, и импозантный мужчина с благообразной бородкой тут же приосанился.
Это были долгие-долгие-долгие четыре часа. От монотонного голоса лорда Виссари, главы комиссии, хотелось спать, и я щипала себя за бедро, чтобы не начать клевать носом.
— Финансовые документы вам передаст мой секретарь, — лорд Виссари промочил горло, — талантливый, кстати, паренек. Советую дать ему работу, поскольку в столице ему делать нечего. Сын любовницы, н-да.
Молодой человек, сидевший на другом конце стола, пошел красными пятнами. Похоже, что с этой частью своей биографии он так и не смирился.
— Мне нужны толковые люди, согласные на жесткую кровную клятву, — спокойно сказал Альдор.
— Семейное же положение наших служащих не имеет значения, — в тон ему добавила я. — Мы о многом поговорили, но никто не сказал, что за дивная инсталляция встретила нас на главной площади Тильсора?
Долгое молчание было мне ответом. Вероятно, слова «инсталляция» нет в местном языке. Что ж, не моя проблема.
— Полагаю, вы имеете в виду клетки с должниками. — Лорд Виссари промокнул лоб платком. — Признаюсь, мне и самому не по себе, однако с точки зрения закона все в порядке.
— Они получают хлеб и воду каждый вечер, ибо боги заповедовали нам быть милостивыми, — благостно проговорил лорд Шайтес. — Мы искореняем долговое рабство, теперь никто не может выкупить себе слугу. Только семья.
— В клетках в основном мужчины, — хмуро проговорил Альдор, — без кормильца семье не выжить.
— Что служит прекрасным уроком для остальных, — в тон Шайтесу проговорил Ливарри.
«Нам нужен юрист, – осознала я. – Или Альдор знает глубину своих правомочий?»