— Потому что я только что освободилась. Потому что я хочу быть сама по себе. Потому что вы — герцог, а я — разведенная баронесса с болот. Сплетни, пересуды, ваша мать будет в ужасе.
— Моя мать вас обожает, — сказал герцог.
— Она обожает мою посуду, — усмехнулась Нина. – К тому же… Я не говорю «никогда». Я говорю «не сейчас».
Герцог кивнул, положил шкатулку на стол и уехал.
Второй раз он приехал через месяц. И привез ей чистокровного красавца-жеребца.
— Теперь выйдете?
— Нет. – ответила строптивая баронесса и велела запрячь ей скакуна.
Барон уехал ни с чем, а Нина с удовольствием разъезжала на новом коне по окрестностям, когда появлялась такая возможность.
Третий раз – еще через месяц. С дарственной на все территории, через которые будет проходить новая дорога.
— Очень романтично, — сказала Нина, прочитав документ. – Вы явно умеете ухаживать за женщинами. Но все равно – нет.
Герцог пришел в ярость, но поделать ничего так и не смог. А Нина начала осваивать новые территории.
Четвертый раз он приехал через полгода, когда дорога до Гранфельда уже была замощена, а фарфор баронессы фон Гран продавался в трех королевствах.
Он вошел в мастерскую без стука. Нина стояла у гончарного круга, с руками по локоть в глине, растрепанными волосами растрепаны, и полосой от глины на щеке.
— Ты прекрасна, — сказал он.
— Я похожа на пугало, — ответила Нина.
— Я люблю тебя больше жизни. Выходи за меня.
Она помолчала, потом вытерла руки о передник и подошла к нему.
— Именно этих слов я ждала от вас все это время… Ну и окончания строительства дороги…
— Это самая невозможная женщина из всех! Я открываю ей свое сердце, а она…
Нина встала на цыпочки и поцеловала его.
— Да, — сказала она, отстраняясь. Я выйду за тебя.
Герцог подхватил ее на руки и закружил по мастерской, разбросав глину и миски.
Лизхен, заглянувшая в дверь, ахнула, выбежала и тут же столкнулась с секретарем герцога, который с некоторых пор приезжал в Гранфельд каждую неделю «по делам».
Секретарь все понял по ее лицу и взял ее за руку.
— Наши господа, кажется, обо всем договорились… Тогда, может, и мы… — начал он.
— Молчите, — сказала Лизхен, покраснев. — Я должна подумать.
Но руку не отняла.
Незадолго до свадьбы Нина поехала в столицу по делам.
Купчиха фон Штольц организовала выставку фарфора, и Нина должна была представить новые сервизы лично. Ожидали саму королевскую чету.
Выставка прошла с оглушительным успехом.
Королева купила три сервиза — один себе, и два в подарок заморским родственникам. Король, присутствовавший на открытии, лично похвалил баронессу и сказал, что «таких мастеров корона должна беречь».