— Найдем, — уверенно кивнул я, а про себя подумал, что понятия не имею, как тут с местным здравоохранением дела обстоят, но ведь что-то делать с Жорой действительно надо. Если он стал ходить, значит, не все потеряно и прогресс все же возможен. Нужно просто знать, в каком направлении и как двигаться.
— Да меня в Москве, в госпитале ведомственном, не выходили, а ты говоришь, местные врачи…
— Ты не спорь. Собери все, на днях заеду — и определимся и с работой, и с больничкой. А пока переходишь в режим трезвления. Понял?
— Угу… Спасибо, Саша…
— Не за что пока. Ладно, я пошел, телефон твой записал. Вот тебе тоже мой рабочий, — я протянул клочок газеты с циферками, — звони. Если что.
Я хитро смотрел то на Мухтара, то на Ершова. Поглядывал, что он дальше делать будет. Пока не говорил ни слова про пса, ждал, когда хозяин этого дома сам тему поднимет.
— Ты это… — Ершов жевал губу и оттягивал на груди тельняшку, будто она душила его или стала вдруг неожиданно мала. — Забирай Мухтарку. А? Ему с тобой лучше будет. Не годится боевому псу в квартирке томиться. Ему работать надо, гадов ловить. Вижу, ты человек хороший, ты его любишь, уважаешь, а он к тебе тянется. Забирай, в общем…
— Спасибо, — я положил руку на плечо кинолога. — Но ты не вешай нос, если все выгорит, скоро будет тебе с кем заниматься. Пока.
— Пока, — вздохнул Ершов и крепко пожал мне руку.
Я взял Мухтара на поводок и вышел из квартиры. Спустился во двор, открыл дверь «шестерки».
— О! Мухтарыч! — воскликнул Эдик. — Ты вернулся!
— А ты сомневался? — улыбался я.
— Фу! Это от тебя так водкой пахнет? Ну дела…
— От него, — хитро кивнул я на пса. — Поехали.
Эдик завел машину, и мы тронулись.
— Ну все, победил ворюгу! — радовался Эдик, кивая через плечо на подъезд Ершова.
— Да нормальный он мужик, просто чахнет с тоски. Один остался. После ранения хромает, говорит, врачеватели вообще не давали прогнозов, что на ноги встанет. Карабкается, как может, вот и решил Мухтара забрать, чтобы радость в жизни была.
— А как ты без Мухтарыча? И я не понял? Ты подружился с этим, что ли?
— Обещал ему помочь… Да и врачу бы его показать знающему. Есть у тебя знакомые подходящие?
— Не надо врачу, у меня костоправ хороший есть. Он у меня кожанку брал и кроссовки. Как раз таких, как твой хромоног, на ноги ставит.
— Костоправ? — с сомнением переспросил я.
— Не веришь? Я тоже не верил, а вот когда маман скрутило, никто не мог недуг снять. А он за три сеанса омолодил. Сам бы не поверил, если бы своими глазами не видел. И вроде ерунда такая, что-то надавил, где-то подтянул, разгладил, дернул. И на тебе! Человек оживает. Забыл, как метод называется по-умному…