— Мануальная терапия, — подсказал я.
— Точно! А ты откуда знаешь?
— В журнале читал, «Наука и жизнь».
Хотя костоправство существовало ещё в Российской империи, да и в Советском Союзе повсеместно практиковалось вне медицинских учреждений, по большей части на дому, медицинский интерес к мануальной терапии обозначился совсем недавно. Но пока еще не достиг своего расцвета.
— Вот давай к нему и свозим твоего инвалида, только тут такая штука — целитель берет дорого… Потянет твой подопечный?
— Сколько?
— Чирик за сеанс. А их, может, и не один десяток понадобится.
— Разберемся. Ты пока разузнай, когда можно привезти больного.
— Хорошо, я созвонюсь с ним.
Весь личный состав Зарыбинского ГОВД собрался во внутреннем дворике. Сотрудники в белых рубашках, что называется, при параде. У кого имелся парадный китель (с золотыми галунами погон), те надели их и выглядели особенно торжественно. У меня второго кителя не было, как-то не успел получить, и был в повседневном. Но в идеально вычищенном и отглаженном. День сегодня особенный, мы ожидали приезда начальника главка — генерала Строкина.
Кулебякин суетился, бесконечно приглаживал усы и покрикивал на сотрудников. То ему туфли казались у некоторых сотрудников не слишком тщательно начищенными, то форма недостаточно отутюженной, а лицо не так уж и гладко выбритым. Даже щеголю Казаряну досталось за криво болтающийся на его шее форменный галстук.
— Едут! — из окна первого этажа выглянул Баночкин.
Он как дежурный был на стреме и караулил приезд высокого гостя.
— Прекратить бубнеж, — замахал руками майор на сотрудников. — Я пойду встречать, а вы — чтоб ни-ни! Ядрёна сивуха! Ясно?
Чего ни-ни — не понятно, но спорить и уточнять никто не стал.
— Да-а… — раздался в ответ нестройный хор.
— Не да, а так точно! — чуть не выдернул себе ус шеф. — Войско, твою мать! Эх…
— Да не кипишуйте, Петр Петрович, — я подошел к шефу и стал негромко вещать ему, чтобы никто не слышал, как наставляю. — Награждать же, вроде, едет, а не с проверкой.
— Ох, Сан Саныч, — вытер рукавом лоб Кулебякин. — Сроду к нам такие делегации не приезжали с поздравлениями. Чтобы вот так поощрить перед строем, да еще сам Строкин, а не кадровик его? Чую, накрутят хвоста, а у меня перевод на носу. Вот и волнуюсь с утра… Три кружки кофе выпил и полпачки скурил.
— Да все нормально будет.
Майор повернулся к строю и проговорил уже громко:
— Морозов остается за старшего, а я пойду встречу начальство. Голенищев, прическу поправь! Отрастил патлы, постричься не мог?
— Так вчера стригся, Петр Петрович, — заверил в ответ следователь.