— Есть одна просьба, товарищ генерал, — я делано нахмурился, изображая грусть-печальку.
— Слушаю.
Я прочистил горло.
— Я попал в замечательный коллектив в Зарыбинске, сплоченный и дружный. Он стал таким благодаря чуткому руководству майора Кулебякина Петра Петровича, — журналисты скрипели карандашами, записывая, а более продвинутые щелкнули кнопками портативных кассетных магнитофонов. — И вот теперь опытный начальник, милиционер со стажем, наставник и для многих из нас, можно сказать, отец, выведен почему-то за штат и снят с должности. Благодаря его умелому руководству и я сделал то, что сделал. Считаю, что Петра Петровича незаслуженно и необдуманно подвинули. Прошу вас вернуть его на должность начальника Зарыбинского ГОВД.
Тишина. Все замерли, журналисты вопросительно и с профессиональным интересом уставились на гостя в погонах, ведь в воздухе пахло сенсацией и скандалом. Что ответит генерал? Ведь все понимали, что убрать текущего начальника милиции с должности можно только приказом руководителя главка, то есть самого Громова.
— Петр Петрович Кулебякин — действительно отличный руководитель и наставник, — генерал сглотнул, прокашлялся в кулак, немного покраснел и продолжил сочинять. — Уверен, что это лишь досадное недоразумение. Я возьму это дело под личный контроль и приму незамедлительные и всесторонние меры. У майора Кулебякина были проблемы со здоровьем, вероятно, кадры что-то напутали. Я разберусь, товарищи.
Громов больше обращался к журналистам, а не ко мне, знал, что может запахнуть жареным, если это раструбят в массы. А те, в свою очередь, немного поникли. Скандал отменяется. Подумаешь, кадры что-то напутали, такое везде бывает. Кто это читать будет?
А я остался довольным, теперь Громову заднюю не включить, он во всеуслышание заявил, что история с Кулебякиным — это досадная оплошность, которую он исправит.
Шах и мат, товарищ генерал…
— Всё, всё, товарищи, попрошу на выход, — заторопил присутствующих генерал и сам стал спешить, а вдруг я еще что-то такое попрошу.
Журналисты недовольно загудели, но подчинились. У меня немного двоилось в глазах, и я никак не мог разглядеть, кто же там стоит в углу.
Делегация тем временем потекла на выход, а генерал подошел к тому человеку, что держался поодаль и внимательно наблюдал за происходящим. Несмотря на летнее тепло, он был в костюме, сером, неприметном, как мышь, но по очертаниям видно, что элегантном. Силуэт его фигуры и расплывчатое пятно лица мне показались знакомыми. Я попробовал его разглядеть, но между нами все время кто-то мельтешил и загораживал обзор.