Раздались аплодисменты, и в этот раз вспышки осветили-таки генерала с переднего ракурса. А он продолжил:
— Своими действиями лейтенант Морозов проявил храбрость и самоотверженность, не считаясь с личным временем, рискуя жизнью и здоровьем, он обезвредил опасного преступника. Товарищ Морозов — пример молодого сотрудника органов внутренних дел, он — вчерашний выпускник Высшей следственной школы, доказал личным примером, что наша молодежь способна на трудовые и боевые подвиги.
И снова аплодисменты, а я, наконец, немного растаял. Как бы пафосно ни звучала речь генерала (эпоха такая, сейчас все официальные речи отдают этим душком), если подумать — все же я действительно раскрыл сложное дело и остановил опасного преступника. Все началось с Серого, я хотел оградить его от нависшей опасности, а потом поскорее свалить из ментовки. Но меня затянуло… я узнал много замечательных людей и в системе, и вне ее. Я почувствовал себя частью особой общности, частью чего-то большего, чем просто рабочий коллектив. И теперь мне приятно принимать ментовскую награду. В этот момент я понял, что зэк во мне окончательно отступил, а мне хочется дальнейших побед и свершений уже в погонах советского мента.
Генерал чуть отошел, давая волю журналистам, и на меня посыпались вопросы.
— Скажите, Александр Александрович, вам было страшно?
— Что было самым трудным и опасным в процессе задержания?
— Что запомнилось вам больше всего? Могли ли вы предположить, что сможете совладать с опасным преступником.
— Когда вы решили, что станете служить в милиции? Кем вы хотели стать в детстве?
— Если бы ситуация повторилась, вы бы поступили так же?
Я что-то отвечал, старался улыбаться. Как и положено герою, многозначительно кивал и пожимал плечами, мол, работа такая, на моем месте поступил бы так же любой комсомолец и все в этом духе.
А потом генерал, оглянувшись на кого-то в углу палаты у входа, перевел взгляд на присутствующих и, широко улыбнувшись, проговорил:
— Полегче, товарищи, не наседайте. Нашему герою нужен отдых, не все сразу. И у нас вышло время. Да, да, да… Прошу покинуть помещение. Врачи нам дали пять минут. Давайте оставим лейтенанта отдыхать и лечиться, тем более что за дверью там у него еще посетители, очевидно, родственники. Александр Александрович, есть у вас какие-то просьбы? — Громов навис надо мной всемогущим джином, исполняющим желание. — Как вас здесь кормят? Кстати, пионеры из первой школы подготовили стенгазету с вашим подвигом и собрали для вас рисунки с Мухтаром и с вами, они принесут их завтра. Поправляйтесь… Ну раз просьб нет, то…