— Гоша — это ваш муж?
— Нет, но тот еще змей…
Я подошел к лабораторному шкафчику и открыл его. Пахнуло знакомыми спиртовыми парами.
— Там что? Водка? — опешил я, наливая в стеклянный бутылёк жидкость с запахом спирта.
— Тю-ю… скажешь тоже, водка… Бери выше! Спирт медицинский. Давай скорее, а то сил нет.
Я поднес шкалик медичке, но не знал, как ей его споить, ведь руки у нее в перчатках, с которых стекает кровь.
— Ну что застыл, как целка на танцах? — поморщилась бабуля. — Ставь рюмашку!
— Куда? — не понял я.
— На локоть мне ставь, вот ты с локтя по-гусарски бахнуть могёшь? Нет? Эх, молодо-зелено… Сейчас покажу.
Медичка подставила вперед ко мне локоть, я водрузил на него тару. Она лихим движением поднесла локоть ко рту и одним махом заглотила спирт. Крякнула, поморщилась и недовольно пробурчала, глядя на медсестру:
— Света, что-то слабовата горючка! Ты до скольки разбавляла?
— До семидесяти градусов, как дезраствор. Как вы любите.
— Хм… Нормально… — кивнула бабуля и шумно занюхала рукавом.
Теперь и меня уже немного мутило после увиденного. Моя брезгливость вошла в критическую зону, но я ее притушил, на ходу отращивая шкуру носорога.
— Вот, студент, смотри, — после принятой дозы экспертша стала более тщательно и энергично осматривать тело, причем разглядывала без всяких очков, похоже, здоровья у нее и зрения было предостаточно. — Видишь кровоподтеки на запястьях?
— Нет, — приглядевшись, ответил я честно.
— А они есть, я бы тоже внимание не обратила, слабая выраженность, и с трупными пятнами можно спутать. Но раз ты говоришь… Так вот. Характер окраса и внешние признаки говорят о том, что оставлены они были при жизни.
— То есть потерпевшего, — выдвинул я гипотезу, — кто-то хватал за руки. Например, когда держал.
— Верно, студент, — очевидно, бабуля принимала меня за практиканта, или потому, что я сказал, что в мед собирался, поэтому так называла.
— Все-таки убийство? Сможете в заключении про это написать?
— Это следователь будет решать, убили его или сам вздернулся. А я, как эксперт, причину смерти устанавливаю. А причина ясная — асфиксия, удушение то есть, картина стандартная, про запястья, конечно, напишу в выводах и в исследовательской части. Еще один нюансик укажу — позвонки шейного отдела растянуты слишком. Так, конечно, может быть при повешении… Но если не прыгал, а с табурета свалился, то не совсем укладывается в картину признаков.
Я сощурился, стараясь думать о фактах, а не о жуткой длинной шее Интеллигента.
— Что это значит?
— А то, что его, скорее всего, в петлю сунули и резко отпустили, а не с табурета он сошел.