— Тут есть два ответа, — мы шли по тропинке, и за нашими спинами начала грохотать музыка — местные диджеи настраивали аппаратуру, скоро должна была начаться дискотека в «Клетке».
«Клетка» — это такой большой навес на воздухе. Большая крыша, колонны, резная решетка со всякими завитушками. А еще — неоновые лампы, стробоскопы и все такое прочее. Вечерами тут по пятницам устраивали дискотеку, а по субботам — танцы. В чем разница? В том, что на дискотеке все просто дрыгались и прыгали, а на танцах — реально танцевали традиционные танцы — народные и классические, в том числе — парные. Об этом я, если честно, думал с внутренним содроганием. От какой перспективы содрогался больше — сказать сложно: говоря напрямую, не чувствовал я в себе раскованности и принятия, чтобы весело выплясывать рядом с разгоряченными сверстниками, да и танцам бальным и народным меня как-то никто не учил. И вообще… Это же девушку! Приглашать! А ну, как нафиг пошлет, и что тогда — в монастырь идти? Или вешаться?
В воскресенье никаких танцев не предполагалось. Седьмой день недели считался официальным выходным, и воспитанники могли встретиться с родными или просто сходить погулять в Пеллу. Например — в церковь или на речку, или даже в Ингрию съездить, если с поведением вопросов не имелось.
Не мой вариант, в общем. Ни один, ни второй, ни третий. Я, с одной стороны, залетчик, с другой — помощник столяра, с третьей — ситуация с родителями аховая.
— Давай оба ответа, не стесняйся. Выкладывай! Нам еще пару минут идти, тут плитку кладут, прямой дороги нет, придется обходить, — гном в тюбетейке действительно свернул налево и пошел меж деревьями. — А мне просто так идти скучно.
Я пыхтел следом, ступая новенькими рабочими ботинками по протоптанной среди газона дорожке:
— Первый ответ очень простой: что было в руках, тем и вдарил. Нечего в таких ситуациях думать — надо бить, и всё… Я ж не знал, что обязательно вызывать на поединок!
— Теперь знаешь? — хмыкнул Людвиг Аронович, подбираясь к задней двери нового жилого корпуса с ключ-картой.
— Теперь знаю, — вздохнул я. — И отметку в личном деле имею.
— Ну, вот и ладно, в следующий раз будешь морду бить не как шпана уличная, а аристократично, в специальном загончике! А второй ответ? — он приблизился к дверям вплотную, провел карточкой в положенном месте, и мы вошли внутрь.
Тут же загорелся свет, сработали датчики. Лестница оказалась точно такая же, как в нашей общаге, ничего удивительного. Удивительным было то, что этот старый седой кхазад ко мне приколупался. И при том вроде как из искреннего интереса к моей персоне, а не потому, что хотел поглумиться или поиздеваться.