Эля нехотя протянула мне ладонь. Она, похоже, собиралась и дальше меня игнорировать, а я пока не решил — как вести себя в этом случае. Но раз директор командует — надо слушаться. Я прикоснулся к ее пальцам правой рукой, левой — ухватил ладонь кого-то из скороспелок. Ян Амосович замкнул круг, взявшись за руки Эльвиры и девчонки из младших, и закрыл глаза.
Все поступили по его примеру. Именно так было легче всего сконцентрироваться на эфире, не отвлекаясь на зримый мир. Я все еще мог видеть свои серебряные нити, но еще — к ним добавилось что-то вроде свечения от каждого из присутствующих в помещении людей: неяркое — от скороспелок, вполне приличное, хорошо видимое — от Ермоловой, какого-то веселого и теплого желтого цвета. Вокруг Полуэктова же сияла мощная полусфера, радужно переливаясь. Ну, и сгустки эфира плавали вокруг нас, как будто клочья тумана или клубы дыма — разных форм, размеров и оттенков.
— Vive et vivem pati, — на латыни произнес директор, и его руки засветились теплым зеленым светом, точно, как ворота колледжа.
От его пальцев пошла некая мерцающая волна, засияли зеленью ладони скороспелок, мальчишек и девчонок, потом — у Эльвиры и, наконец, у меня. На секунду я вообще перестал видеть — только приятная глазу зелень плескалась в сознании. С большим удивлением я почувствовал, как проходит усталость, расслабленность и дремота, как уходит туман из головы. Это было очень похоже на эффект от побудки Розена, когда он форменным образом вытряхнул меня из кровати зарядом бодрости!
— Hoc satis est, — Сказал Ян Амосович. — Это — довольно простая практика, подчеркну — при определенных условиях доступная даже цивильным. Сейчас каждый из вас поделился с Михаилом малой толикой своих сил, каждый из вас почувствовал себя на толику более уставшим. А Михаил — напротив — взбодрился, взгляните на него! Он уже не дремлет на ходу и готов работать. Полезная штука, не правда ли?
Определенно, впечатление ему произвести удалось. А мне было неловко — получается, я попользовался ими?
— Мы будем отрабатывать подобные вещи регулярно, — пообещал директор, как будто прочитав мои мысли. — Чтобы вы могли убедиться в важности концентрации. И каждый из вас окажется на месте Титова.
— А произносить формулы на латыни — обязательно? — спросила Эля.
— Не обязательно, — Полуэктов зачем-то отряхнул руки. — Все зависит от умения концентрироваться и от объема маны, которым вы можете управлять. Мне проще сосредоточиться, когда я произношу вслух то, что хочу воплотить в реальность. Латынь — привычный инструмент. Мы не используем язык Первой Империи Людей в обыденной жизни, однако, он красив, структурно логичен и его можно изучить — специалистов и книг достаточно. Эльфы используют квенья вместо ламбе, гномы — кхуздул вместо шпракха. Да и вообще… Маг бормочет заклинания на непонятном языке — что может быть естественнее?