— Да ну, бред.
— Бред не бред, а как вернёмся в столицу, сходи на арену и схлестнись с осадным орком, вот он то тебе и покажет таранный удар.
— Чёт, не охота.
— Ну-ну, зелёный ты ещё совсем, учись у старших.
— Хорошо, бос!
— Раз «хорошо», значит, будешь в казарме сортир драить! Неделю! За трусость! Ха-ха-ха-ха!
— Но…
— Без «но», хватай тела, сваливай их в телегу и вези всё это мясо к магу в башню. Только безголового не трогай, большой он, тащить его долго, сложно и далеко, а вдруг старикан да не примет товар? И будет прав, ведь он нам заказал целые тела.
— Да… Жалко! Но всё равно, много мускулистой свежатины, должен хороших воинов слепить. А мы денег заработать.
— Не твоё дело, сколько мы заработаем. — рявкнул Адольф.
— Почему? Я же в рейд…
— Дегенерат, беззубая твоя морда! Забыл, что наказан? Ты нам должен, а поэтому получишь хер по самый кадык. Ха-ха-ха-ха!
— Ха-ха-ха-ха!
Дружный смех неожиданно стих, это тёплая кровь залила мне уши… Чужая кровь… возможно мамина, но скорей всего дядькина.
Я лежал и в какой-то степени наслаждался каждой прожитой секундой, ведь любая из них могла оказаться последней, что делало этот самый воздух невероятно вкусным и пьянящим. Я не знаю, сколько так пролежал, однако за прошедшее время кровь из носа перестала течь, а сам нос сильно опух, из-за чего отверстие ноздри критически уменьшилось, что заставило меня действовать, вопреки раздирающим меня страхам.
— Ммм…
Я изо всех сил упёрся ногами и руками в спину мёртвого дяди, намереваясь его сдвинуть, однако сказать было проще, чем сделать. Рук и ног я не чувствовал, вообще! При попытке пошевелиться, моё тело очнулось от адреналиновой комы и со всей дури обрушило на меня удар боли.
— Ммм!!!
Орать не было ни сил, ни возможности, хотя желания, конечно же, в наличии имелось преизрядно! Но так как я и мой рот накрепко застряли между пропитанной кровью землёй и холодным трупом родного дяди, и деваться нам было некуда, оставалось только мычать, да стараться хоть как-то повернуться.
Из-за всех моих поползновений, дырочка ноздри окончательно закрылась, приглашая смерть от удушения, тело дяди Курата содрогнулось.
— Ммм!
Непроизвольно вырвалось у меня, так как на неожиданное оживление дяди я в тот момент вообще-то не рассчитывал, собственно, как и на то, что кто-то из наших остался жив, ведь слова убийцы звучали однозначно «живых больше нет».
— Рхр! Рхр! Рхр!
Я замер, наблюдая за тем как туша дяди Курата дёргается всё сильней и сильней, обещая либо скорое освобождение, либо лютую смерть от рук убийц моей семьи. Конечно же первый вариант был предпочтительней, однако второй к большому моему сожалению виделся мне намного более вероятным.