— Да вы просто хотите себе всё захапать! — воскликнул пьяный рабочий, и его поддержали нестройным гомоном.
Вот дерьмо. Теперь что бы я ни сказал, мне не поверят, потому что аргумент этого пьяницы им гораздо ближе и понятнее.
Значит, мы пойдём другим путём. Я достал револьвер, взвёл курок. Рабочие чуть отшатнулись, кто-то даже схватился за собственное оружие. Но у меня и в мыслях не было пугать их своим револьвером, я направил его в сторону бочек, а затем выпустил по бочкам шесть пуль, поближе к низам. Вино потекло тонкими струйками, в воздухе одуряюще пахнуло алкоголем.
Будь они чуть понаглее, присосались бы прямо к бочкам, но оглушительно громкие выстрелы и пороховой дым, кажется, привели их в чувство, и социалисты один за другим начали протискиваться к выходу.
— Пошли вон, — тихо процедил я.
В ушах звенело, но я точно знал, что меня услышал каждый, потому что приказ выполнили все до единого. Я немного тоскливо посмотрел на багровые струйки, соединяющиеся в большие тёмные лужи на полу. Вино в подвалах замка наверняка хранилось отличное, лучшее в городе, и я, с одной стороны, понимал этих усталых парней, решивших немного расслабиться после боя. А с другой… Закон суров, но это закон.
Даже не представляю, какими выдуманными подробностями и мифами обрастёт эта история.
Я снова взглянул на разлитое вино, до ужаса напоминающее кровь на холодном каменном полу. Да, реки крови тоже прольются… И это я нажал на спуск.
А потом вышел обратно в коридор, где меня ждали встревоженные добровольцы под началом капитана Дика Макки.
— Охрану сюда приставьте, — распорядился я. — Мародёрство будет наказываться.
Два раза повторять не пришлось. Приставили сразу двоих, чтобы приглядывали не только за погребом, но и друг за другом.
— Есть новости? — спросил я капитана, когда мы неторопливо пошли наверх.
— Снайперов расставили, ворота заперли, — сказал тот.
Это я уже знал и так.
— Что с ранеными? — спросил я.
— Разместили, женщины ими занимаются, — сказал Макки. — Ждём приказаний из штаба.
По-хорошему, штаб стоило разместить здесь, в замке. Это фактически самое защищённое место в городе, символ британского владычества, но Пирс предпочёл разместить штаб в здании Главпочтамта, за рекой. То ли не верил в нашу способность занять Дублинский замок, то ли не желал возводить преемственность своей администрации к здешним обитателям.
— Картотеку нашли? — спросил я.
Здесь, в замке, в подвалах административного крыла, находился архив полиции, со списками осведомителей и досье на каждого видного революционера.
— Кто-то попытался её поджечь, — сказал Макки. — Потушили, но залили всё водой к чёртовой матери. Перестарались.