Император изначально не собирался оставлять её в живых — всё было чётко спланировано. Он предусмотрел даже её сопротивление.
Потому отослал её подальше от столицы и людей, которые могли ей помочь. Он отправил её в эту глушь, чтобы спокойно расправится вдали от чужих взглядов.
В какой-то момент, расчистив вокруг себя пространство, она обернулась и глянула в глаза человеку, которого так преданно любила все эти годы.
— Почему? — произнесла в отчаянии, и из уголка её разбитых губ потекла кровь.
— Как ты смеешь… — хотел вновь обвинить её один из чиновников, но император жестом руки остановил его.
— Почему? — переспросил он, словно удивился, что она не понимает элементарных вещей. — Я всегда буду пресекать любую угрозу государству для того, чтобы Великая Вей жила в мире.
— Угрозу?! — с горечью и изумлением повторила за ним императрица. — Я Ваша жена и мать Вашего сына!
Вскрикнула она, взмахнув мечом в его сторону.
На его устах появилась саркастическая улыбка. Хуан Ди использовал её ум, её воинские таланты, её сердце и армию её семьи, чтобы взойти на трон. Теперь она стала больше не нужна. Но вслух император произнёс совсем другое.
— Армия семьи Мин стала слишком огромной и неуправляемой, — заявил супруг, проигнорировав её слова. — Я вырву с корнем любую возможность бунта. Без тебя армия станет, словно тигр без зубов.
Его слова падали в душу, подобно тяжёлым камням. Мин Лэ Юнь ощущала себя тонущей в болоте кругом была лишь грязная трясина, что затягивала с каждым мгновением всё сильнее и сильнее.
Но она не хотела сдаваться. Набрав в грудь воздуха, императрица продолжила говорить. В её словах было столько гнева и обиды, что даже те, кто обвинял её, застыли, опустив головы.
— Когда вы восходили на трон, Ваше Величество, говорили, что империя никогда не забудет, как сердце семьи Мин защищало это государство. Одиннадцать лет я на полях сражений, как мужчина носила оружие и шаг за шагом шла к этой ситуации. Вы обещали мне почести и награды и верность на всю оставшуюся жизнь. Но сегодня вы предали меня!
— Я это делаю для империи! — зло выдал император.
— Вранье! — закричала в ответ она и, ткнув пальцем в стоявшую рядом с ним наложницу, добавила. — Вы это делаете только для себя! Поправ все принципы и нарушив своё слово!
Она даже не пыталась упомянуть об их любви. В эти мгновения она вдруг явственно ощутила, что этот человек с холодным сердцем никогда её не любил. Это лишь она была ослеплена любовью и из-за своего безрассудства потеряла всё: родителей, братьев, сына и даже саму жизнь.