Мин Лэ Юнь открыла глаза. Увидев перед собой юное лицо своей служанки, улыбнулась. Она помнила её почти старухой с прорезью морщин и грустными глазами. Девушка была её старше всего лет на пять, но состарилась намного быстрее. В конце концов, она осталась верна хозяйке и умерла страшной смертью, защищая её. Мгновения её смерти из воспоминаний, словно молния, пронзили сознание Лэ Юнь.
Было удивительно видеть её вновь такой молодой и свежей.
— Ли Сяо, ты такая красивая! — произнесла тихо, всё ещё пребывая в полусне.
— Скажете тоже! — отмахнулась, хихикая, служанка. — Это вы у нас красавица.
Сяо раскладывала одежду госпожи, разравнивая каждую складочку. Вещи высохли за ночь и пахли свежим горным воздухом.
— Ты тоже стала привидением? — потянувшись, спросила хозяйка. Всего секунду назад её тело пронзили стрелы, она умерла, но то, что сейчас думала, видела, говорила, было слишком странным.
— Привидением? — Ли Сяо глянула на неё испуганно. — Вы опять задумали какую-то шалость? Не втягивайте меня на этот раз, мне хватило нашего похода в горы. Как вспомню, так дрожь пробирает!
Девушка и вправду вздрогнула на мгновение, припомнив пронзивший ужас, когда за ними гналась дикая пума.
— Похода? — Лэ Юнь приподнялась.
Она не могла понять, что происходит. Неужели она выжила после всех тех стрел во дворце?
Непроизвольно прикоснулась к груди. Ран не было, более того, её грудь оказалась совсем небольшой, такой, какой была в юности, ещё до окончательного взросления и, тем более, рождения сына.
Взглянув на руки, она с изумлением рассматривала кисти, что были, подобно нефриту, белыми и гладкими. С обратной стороны, на ладонях явственно видны мозоли от каждодневных тренировок с мечом и луком. Через год, после того, как она вошла во дворец, они исчезли безвозвратно.
— Что происходит? — удивилась ещё больше, оглядываясь вокруг.
Они находились в военной палатке. Девушка сидела на родной постели, сбитой из досок, поверх которой был накинут плотный матрас и тёплое одеяло. В углу на подставке её доспехи и оружие, рядом резной сундук с одеждой. У тканевого окошка стол, на нём принадлежности для письма. Походная, скудная обстановка, ничего лишнего. Будто вернулась в своё прошлое, где она ещё была дочерью генерала и просто солдатом его армии.
— Ли Сяо, подай зеркало! — воскликнула она, от волнения сердце забилось быстрее.
— Вы ещё не умыты! — попеняла служанка, но, усмехнувшись, всё же подала хорошо отполированный медный круг.
Лэ Юнь взглянула на своё отражение и, еле сдерживая нервную дрожь, коснулась его пальцами.