— Я не буду похожа на елку в шарах и игрушках?
— Нет, мамочки во всем мире уже придумали, чтобы было красиво и практично. Вернешься, я тебе покажу.
— Хорошо.
Знаю, что Сара специально меня отвлекает сейчас этим, чтобы я успокоилась. Правильно или нет то, что приняла приглашение подруги на свадьбу?
Смогу ли удержаться? Не выскажу ли все прямо там? Не вызову ли жалость?
Так или иначе, мы всё равно будем жить с Дорониным в одном городе. У нас есть общие друзья и два ребёнка, которые нас объединяют. Мы всё равно встретимся. Так для чего оттягивать итак натянутую пружину ещё сильнее.
— Расскажешь ему? – Сара опускает Диану на кровать и садится рядом.
Глаза на дочь. Очень хотелось бы идеальному и незамазанному случайными связями Доронину раскачать совесть.
— Позже. Пока надо решить несколько других вопросов. — Накидываю темную шубку. — Все, Сара, убегаю. Да, если у Дианы вдруг будет снова приступ, сразу мне звони, хорошо?
— Обязательно, но врач же сказал это не страшно.
— Это, во-первых, был семейный врач, который лечит и взрослых, и детей, во-вторых, к педиатру нам так и не дали направление, и в-третьих у обычных детей может и не страшно, у Дианы другая ситуация. Я хочу показать ее врачам тут.
— Я позвоню, конечно, если повторится. Но мы же знаем, что это провоцирует, поэтому я учусь не доводить до такого состояния.
Наклоняюсь, ещё раз целую дочку и иду в коридор. Когда отчима посадили, квартира пустовала. Потом Варя попросилась пожить, ей хотелось самостоятельности. А к моему возвращению из Англии, она все обустроила, чтобы сюда можно было приехать с ребёнком.
Хоть я и не была тут давно, а всё равно родное место. Лифт наш темно-серый с надписью: “Цой жив”, выжженная кнопка восьмого этажа, которую вроде заменили, но всё равно кто-то уже прожег, первый этаж с длинным рядом почтовых ящиков. Я целую жизнь тут прожила.
Выхожу из подъезда и вижу Алекса.
Алексей, он же Алекс, тоже русский. Мы познакомились в Англии. Как и я, студент по обмену. Подружились быстро на занятиях, даже начал активно ухаживать. Сразу хотелось забыться и отвлечься, а потом узнала, что беременна, и оборвало все.
Только я и моя беременность. Не до парней и других мужчин вмиг стало.
Почти два года обучения за границей закончились, и мы вернулись на Родину. Друзьями. Возможно, он и хотел, чтоб не как друзья, к Дианке привык, но знал или чувствовал, что он третий. Лишний или нет, неизвестно, но третий.
Алекс встречает возле подъезда, припарковав дерзко чёрный лексус прямо на местах для инвалидов. Вообще он, несмотря на то, что родился с золотой соской во рту, очень воспитан, начитан, но иногда любит форсануть.