Они пришли не сразу. Сначала появились огоньки. Маленькие, холодные, как искры от ледяного костра. Они вспыхивали в темноте, на расстоянии. Потом их стало больше. Десятки. Сотни. Они стекались, как ручейки ртути, образуя скопления, силуэты. И вот из тьмы начали проявляться фигуры.
Войско светлых духов. Не призраков — те были жалки и бесформенны. Это были духи. Хранители. Воины, не нашедшие покоя, потому что их долг ещё не исполнен. Они шли тихо, беззвучно. Их доспехи, стёртые временем, светились тусклым, ровным светом, словно лунная пыль. Их лица под шлемами были неразличимы, но в пустых глазницах горели те же самые холодные искры воли. Их насчитывались тысячи и тысячи. Они заполнили пространство вокруг нас, безмолвное, дисциплинированное море серебристого света в океане чёрной мглы.
Рядом, из трещины в «земле», выползло нечто противоположное — клубок щупалец и хитиновых пластин с горящими точками ненависти вместо глаз. Мелкий демон-разведчик, привлечённый вспышкой энергии. Он даже не успел зашипеть. Десяток духов просто сдвинулись, их формы на мгновение слились в одну вспышку. От демона не осталось и тени, лишь лёгкое шипение рассеивающейся скверны.
Карта Нави, которую мы с отцом и Видаром составляли в мире живых, основываясь на снах, пророчествах и обрывках древних знаний, теперь ожила перед моим внутренним взором. Она была трёхмерной, многослойной и постоянно меняющейся, но ключевые точки — узлы силы — были стабильны. Я мысленно коснулся их.
— Слушайте все, — мой голос прозвучал в полной тишине, не нуждаясь в дополнительном усилении. Его услышали души. — Задача ясна. Войско делится.
Перед строем материализовалась фигура в блистающих, хоть и прозрачных, тяжелых доспехах. Дядька Китеж. Забытая легенда, ушедшая вместе с памятью людей, и оставшаяся хранить границы даже после смерти.
— Основные силы под твоим началом. Ваша цель — Студеный Шпиль.
Я указал на северо-запад, где в энергетической карте пульсировала точка концентрации холода и скрежета.
— Удар должен быть явным, шумным, с максимальным размахом. Пусть всё их внимание, вся ярость обратится на вас. Вы — наш щит и наш гром.
Призрачный воин склонил голову, и за ним в унисон склонились тысячи древних шлемов.
— Будет исполнено. Мы займём их надолго.
— Остальные, — я повернулся к другим скоплениям света, где выделялись десятки более ярких фигур — командиров, — отвлекающие манёвры на подступах к Реквиемному ущелью. Не вступать в генеральное сражение. Дразнить, резать тылы, жечь призрачные обозы. Сеять неразбериху. Вы наш меч.