– Я уезжаю на турнир, мне некому его оставить. Можно, он поживёт у тебя?
– Нет, – говорю я спокойно, отчего Ренат столбенеет. А потом с улыбкой добавляю: – Пока ты не принесёшь мне для него всё самое необходимое: лоток, игрушки, миски.
Али тоже начинает улыбаться.
– Я забыл, что у кота тоже могут быть свои вещи… Спасибо… Он скучал по тебе.
Отдаёт Пушка в мои руки. Тот начинает бурчать и тыкаться мне в грудь, словно и правда соскучился.
– И я тоже скучал, – добавляет Ренат, проводя пальцами по моему лицу.
Шершавые подушечки его пальцев ощущаются как что-то бесконечно родное и совершенно необходимое. Мы смотрим друг другу в глаза, и я покрепче прижимаю Пушка к груди, чтобы не расплакаться. Огромный ком в горле мешает говорить.
– Ян… Я хотел оставить тебя в покое, – признаётся Али, и от его признания сердце болезненно сжимается. – Убеждал себя, что ты, и правда, слишком мелкая для меня, а я слишком плохой для тебя. Но к чёрту всё! Я дышать без тебя не могу! Сначала моё одержимое желание вернуться к нормальной жизни было основано лишь на возвращении в бокс. Но оказалось, что он тут ни при чём. Да, я всё ещё хочу быть на ринге, но нормальная жизнь – это ты. Наш маленький мир. И я бы ни за что этот мир не разрушил.
Его пальцы, поглаживающие мою щёку, переползают на затылок, зарываются в волосах. Я выпускаю Пушка из рук, и он тут же убегает на кухню. Прижимаю ладони к груди Рената, стискивая пальцами его кофту.
– Я привыкла к постоянным недоразумениям в своей жизни, – признаюсь тихо. – Те парни в переулке, Тимур, Вика… Не знаю, за что мне так достаётся…
– Шшш… Я никому не позволю тебя обидеть. И сам никогда не посмею, – он прижимается лбом к моему. С шумом втягивает воздух через нос. – Яна, – произносит шёпотом моё имя. – Как же я счастлив, что оказался в том переулке…
Я сама тянусь к его губам. А он с жадностью накрывает мои. Поцелуй получается солёным от моих слёз, но они быстро высыхают. Ренат покрывает поцелуями каждый сантиметр моего лица, осушая влагу безвозвратно. Нет, я больше не буду плакать, разве что от счастья.
Наши объятья быстро превращаются в срывание друг с друга одежды. Его кофта, моя домашняя майка, его футболка… Онемевшими от избытка чувств пальцами расстёгиваю молнию на его джинсах. Ренат разувается, подхватывает меня на руки, и я обвиваю его ногами. Прижав спиной к стене, он безудержно, с диким напором целует. Но неожиданно притормаживает и хрипло выдавливает:
– Я не буду спешить…
Я отчётливо помню наш первый раз. Тогда он спешил, но в последующие разы старался делать всё нежнее и мягче. Сегодня просто не тот случай!