Мы лежим так очень долго. Мне так спокойно и тепло в его огромных, надежных руках, что хочется заморозить это мгновение навсегда. Но реальность никуда не делась, она терпеливо ждет нас за бронированными окнами этой чужой квартиры.
Вспомнив ночной разговор в машине, я тихо спрашиваю, перебирая пальцами короткие волосы на его затылке:
— А что дальше, Влад? Что с нами будет?
Он тяжело вздыхает, медленно целует меня в висок и чуть отстраняется. Его взгляд снова становится сосредоточенным, а черты лица заостряются. Прежний Крест возвращается.
— Пока не знаю, — честно отвечает он, глядя на закрытую дверь спальни. — Ждем Логинова. Скоро он должен проявиться с новостями.
Крест
Логинов объявился только к вечеру. Он приехал за ним сам, без водителя и охраны, что подчеркивало: то, что должно быть сказано, не предназначено даже для самых проверенных ушей.
Крест коротко бросил Лере «Я скоро», чувствуя, как её тревожный взгляд буквально прожигает ему спину, пока он закрывает за собой дверь.
Они ехали недолго, петляя по пустым шоссе, пока машина не замерла на смотровой площадке у края высокого обрыва. Отсюда открывался панорамный вид на весь ночной город.
Они вышли из салона. Резкий вечерний ветер тут же ударил в лицо.
Логинов подошел к самому краю, небрежно засунув руки в карманы дорогого пальто. Крест встал рядом с ним.
Некоторое время они стояли молча, глядя на то, как переливается огнями внизу жизнь города. Словно огромная, пульсирующая электрическая вена.
— Красиво, — произнес Логинов. — Сверху всегда кажется, что мы управляем чем-то великим. А на самом деле мы всего лишь мелкие винтики.
— Иногда один негодный винтик может испортить весь механизм, — ответил Крест.
Логинов развернулся к нему.
— Теперь я Координатор. И член Секции.
— Поздравляю с повышением, — голос Креста звучал как шелест сухой листвы.
Логинов посмотрел на него долгим, задумчивым взглядом. Потом медленно достал портсигар и с тихим щелчком откинул крышку.
— Новая должность — это не только привилегии, Влад. Это, в первую очередь, ответственность.
Было до странного непривычно слышать собственное имя из его уст. Годами их общение строилось на жесткой субординации: один отдавал приказы, второй их выполнял. Именам там не было места, были только позывные.
Логинов достал сигарету, прикурил и глубоко затянулся, выпуская в холодный воздух дым.
Крест вдруг поймал себя на мысли, что никогда раньше не видел Логинова курящим. Эта привычка пришла вместе с новым креслом, или теперь он просто позволил себе расслабиться?
— Всё кончено. Кардинала больше нет. Секция закрыла вопрос этой ночью. Группа зачистки вошла в его кабинет через два часа после того, как я передал ключ. Официально — обширный инфаркт.