Понаблюдав за объектом около минуты, удерживая всех своих металлоедов на месте, я пришёл к выводу, что это всё-таки не очередная ядерная бомба, а скорее какой-то исследовательский буй, или что-то в этом роде. Не знаю, что бы я стал делать, если бы это всё-таки оказалась бомба, скорее всего, ничего бы в принципе не успел, но повезло. Так или иначе, лезть буром к устройству непонятного назначения, мне совершенно не хотелось, так что я решил пока игнорировать, как сброшенный «фонарик», так и крутящийся источник зуда наверху. Однако, стоило только чуть шевельнуться и пришло чёткое ощущение чужого взгляда и присутствия. Я тут же замер и, спустя несколько мгновений, чувство пропало. Ещё одно движение — и меня вновь словно сверлят взглядом в бок, и звук ещё какой-то странный в общей мелодии моря появился, не сказать, что неприятный, но раньше его не было.
Опытным путём удалось выяснить, что если двигаться очень медленно и осторожно, наблюдатель не может заметить ни меня, ни моих собратьев. А они его наблюдение тоже чувствовали, и, хотя ничего не понимали в силу отсутствия разума, это не мешало им беспокоиться и ощущать недовольство от стольких источников раздражения разом.
Сопоставить факты и прийти к очевидным выводам было делом не долгим, но к ответу на вопрос «что делать?» это меня не приближало. Можно было или осторожно убраться отсюда, чего не очень-то и хотелось, или ликвидировать источник наблюдения. Говоря проще — сожрать, ибо было у меня сильнейшее подозрение, что я имел удовольствие познакомится с действием некоего акустического буя. Но второй вариант чреват последствиями вроде тех, что утопило эскадру и убило моих собратьев ранее. Может, и не было у врага такого оружия сейчас, а может и имелось. Не хотелось проверять.
С другой стороны, кто бы это ни был, наблюдать бесконечно он не сможет. Та штука наверху, наверняка, самолёт, на который с буя подаётся радиосигнал. Сомнительно, чтобы буй мог добить из под воды до спутниковой группировки на орбите. Объективный причин в это верить у меня, на самом деле, не было, но что-то внутри подсказывало, что это так. Таким образом, если самолёт уберётся восвояси, шансы на то, что исчезновение буя не заметят, будут явно выше, чем если уничтожить его сейчас. А значит, есть вариант переждать, и потом уже разобраться с проблемой.
Мысленная команда осторожно уйти под остов авианосца сперва вызвала у моих ручных металлоедов недопонимание. Мол, зачем осторожничать, когда можно быстро устранить источник неудобств и продолжить пиршество. Не имея возможности объяснить, чем может аукнуться агрессия на наблюдателя, пришлось давить авторитетом.